Она взглянула на меня подозрительно: «Ты надел презерватив?».
Я гордо сказал: «Конечно!» и показал ей большой палец руки с натянутым презервативом.
Она долго била меня с остервенением.
Мне всегда было трудно понять женщин...

Иногда подходить к шкафу,

Снимать с полки словарь,
чтоб только УТОЧНИТЬ слово,
говорить в трубку: «Мне надо закончить статью,
сегодня звонил редактор»,
Рассуждать об умном на фуршетах,
А на груди, и в ушах чтоб
— старинное серебро
С розовыми кораллами
Или бирюзой.

Чтоб в дальнем кабинете
По коридору налево
сидел за компьютером муж-учёный,
Любовь с которым
Продолжалась бы вечно.
Чтоб все говорили:
«Высокие отношения».

 Чтоб положив книжку

на прикроватный столик,
перед тем, как выключить свет в спальне,
он замечал:
«Дорогая, ты выглядишь бледной,
Сходи завтра к профессору
Мурмуленскому.
Непременно.»

А иногда просто необходимо быть
Холодной расчётливой сукой.
И большой начальницей,
Чтоб все в офисе показывали пальцем
И так и говорили новеньким:
«Она холодная расчётливая сука,
Пойдёт по трупам.»
Ну, зачем так грубо?
И зачем же сразу «по трупам»?
А вы, девушка уволены…
«Кажется, я ясно ставила задачу».

Называть красивых секретарш
«дурочками»,
Прямо в глаза.
Не потому что дурочки,
а потому, что красивые.
Топ-менеджерскую зарплату
Тратить на элитную косметику,
И чтоб золотых карт миллион,
С сумасшедшими скидками…

Коллекционировать современное искусство,
Развешивать его
По голым стенам в кабинете
И в огромной пустой квартире,
Где на сушилке на кухне
Одна чашка, одна ложка
И две табуретки
у барной стойки.

Говорить мужчине:
«Жалкий неудачник»,
То есть нет — «Лууууууузер».
Утвержать, что мастурбация
— дело всенародное,
И спать с котом,
(«Он же член семьи!»),
Которого кормит домработница.

А иногда хочется быть такой своей для всех
В доску.
С короткой стрижкой,
И красить волосы, губы и ногти оранжевым,
И ходить в больших зелёных ботинках,
С индийской сумкой-торбой,
С наушниками в ушах,
С веревочками на запястье.

Всё время везде опаздывать,
Вопить в курилке:
«Я такую кофейню открыла!»,
«Вы пробовали холотропное дыхание? —
Отвал башки!»
И чтоб аж дым из ушей.
Захлёбываться от впечатлений,
Не успевать спать,
Собираться на Гоа
В феврале.

Сидеть в офисе за «маком»,
Вокруг чтоб всё увешано
разноцветными стикерами
с напоминаниями: «Придумать подарок Машке»,
«Напомнить Витьке про ужин в среду»,
«Купить новые лыжи».
На рабочем столе чтоб фотографии детей
В бассейне и в океане,
Портреты собаки — лабрадор (почившей),
И бородатого мужчины в странной жёлтой шапочке.

Быть всю жизнь замужем
За одноклассником,
Который за двадцать лет, представьте
Так и не выкинул
Ни одного фортеля.
Да ещё и мирится со всеми этими
Друзьями, вечеринками, транжирством
И немытой посудой.
Вставить картинку с ресайзом.
«Ты заедешь за мной в восемь?»
«Конечно, зая».

А иногда хочется побриться на лыску,
И повязать платочек,
Вымыться в бане хозяйственным мылом,
Но пахнуть какими-нибудь
Травками,
Полынью там, или мятой.

Научиться молиться,
Читать жития святых,
Соблюдать посты,
Назвать сына Серафимом,
Подставлять, хотя бы мысленно,
другую щеку,
«Ты этого хотел. Так. Аллилуйя.
Я руку, бьющую меня
— целую».

Излучать доброжелательность,
И чтоб ненатужно так
Сиять от унутренней хармонии.
Принести из церкви святую воду в баллоне,
Поставить её в холодильник,
И когда муторно на душе
Умываться ею.
И советовать мамашам,
Что если у ребёнка температура,
Достаточно просто сбрызнуть,
И чтоб это действительно помогало.

А еще ужасно хочется пойти в официантки,
Купить накладные ресницы,
И полное
Собрание сочинений
Дарьи Донцовой.
Научиться ходить на каблуках
Флиртовать с посетителями,
Чтоб они больше
Оставляли на чай,
Говорить: «А вот попробуйте ещё «карпаччо»,
Уж очень оно у нас замечательное.»

Ходить в кино,
Копить на машину,
Бросить бармена,
Закрутить с поваром-итальянцем,
Висеть на доске почёта,
Как работник, раскрутивший максимальное число лохов
На дорогое французское вино,
Которое, они сроду не отличат
От крымского.
Пить сколько хочешь горячего шоколада
Из кофе-машины,
И уже разлюбить греческий салат.

А что мы имеем на деле?
Пока только
Чёрную водолазку.

***

CD и не DVD меня.

***

Когда на душе скребут кошки - это не просто так. Это они насранное 

закапывают. 

***

навались на меня

пусти меня по кольцевой
войди в мой тоннель
покажи мне свой измайловский парк
и я покажу тебе свой ботанический сад
не волнуйся ...я не динамо,
покажи мне своего академика Янгеля
ах..ты чертаново
какая длинная у тебя розовая ветка
я сделаю тебе митино,а ты мне кунцево
сорви с меня текстильщики,
потрогай мои воробьева горы
возьми меня за теплый стан
я это люблино
я уже очень охотный ряд
ты хочешь чтобы я была твоя павелецкая?
я буду твоя владыкино
я буду твоя царицыно
устал?. давай вместе полежаевская, по курская, и продолжим движение...
выхино меня !!!! выхино!!!мытищь меня мой сокол
мытищь...., выхино меня...
аааалтуфьево.......ВСЕ...выходи....конечная)

Вывеска на пятом этаже: "Мужчины, имеющие работу, любящие детей, ослепительной красоты, помогающие по дому и очень романтичные".
Женщине очень захотелось остаться на этом этаже и выбрать себе пару, но все же она, преодолев себя, пошла на последний этаж.
И на шестом этаже она читает вывеску вот такого содержания: "Вы на этом этаже посетительница № 31 456 012, здесь нет мужчин, этот этаж существует лишь для того, чтобы лишний раз доказать, что женщину удовлетворить невозможно. Благодарим за посещение нашего магазина!" 

А прямо напротив этого магазина был открыт "Магазин жен". На первом этаже находятся женщины, любящие заниматься сексом. На втором богатые женщины, любящие заниматься сексом.
А на этажи с третьего по шестой ТАК НИКТО НИ РАЗУ И НЕ ЗАШЕЛ... 

- Тетенька, а это что будет? – спросила она у могучей женщины, лупившей молотом по длинному металлическому бруску.
- Меч это будет. Оружие такое, - объяснила женщина, не прерывая размеренных движений.
- А зачем оружие?
- Ну как зачем? Жизнь – штука серьезная, полна опасностей. Надо быть во всеоружии! – объяснила женщина. – Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет. Уразумела?
- Уразумела, - кивнула девчонка и двинулась дальше.
Худосочный мужчина в очках раскаленными щипцами гнул какую-то железяку. Было видно, что ему трудно – пот с него катил градом и лицо напряглось.
- Дяденька, помощь нужна? – деловито осведомилась девчонка.
- Нет, дочка, я уж без помощников. Тут каждый сам себе кует, - приостановился мужчина, отирая пот.
- А что вы куете? – полюбопытствовала девчонка.
- Подкову кую.
- А зачем?
- На счастье, - объяснил мужчина, вновь принимаясь за работу.
- А у вас что, нет в жизни счастья? – не отставала настырная девчонка.
- Счастье, дочка, такая штука – всегда мало, всегда для счастья чего-нибудь да не хватает.
- А когда подкова будет, тогда хватит?
- А кто его знает… Ну, не хватит, так следующую ковать начну, - устало сказал мужчина и кинул подкову в чан с водой. Вода зашипела, во все стороны повалил пар. Девчонка отпрыгнула и поспешила дальше. Но вскоре снова остановилась – там хрупкая девушка раскладывала на столике кованые розы. Она заметила девчонку и улыбнулась:
- Нравится?
- Очень красиво, - зачарованно смотрела на розы девчонка. – А они из чего?
- Как из чего? – удивилась девушка. – Из металла! Здесь, в кузнице, все из металла.
- А для чего вам металлические розы? – наморщила лобик девчонка. – Вам что, живые не нравятся?
- Очень нравятся. Поэтому я их и кую. Чтобы украсить ими свой дом, ну и вообще свою жизнь.
- А настоящими украсить не пробовали? – продолжала допрос девчонка.
- Настоящие быстро вянут, - назидательно объяснила девушка. – Да и потом – сказано ковать, значит – надо ковать. Понимаешь?
- Не понимаю, - упрямо мотнула головой девчонка. – Мне живые больше нравятся.
- Ну и ладно, куй что-нибудь другое, - махнула рукой девушка. – Здесь много всего. Иди, смотри.
К вечеру девчонка обошла всю кузницу, задала кучу вопросов и пребывала в глубокой задумчивости.
- Ну что, освоилась? – дружелюбно спросил Главный Кузнец. – Как тебе, понравилось?
- Не пойму еще, - уклончиво сказала девчонка. – Все грохочет, и жарко, аж голова заболела. И все чего-то по железякам лупят.
- Глупышка! А ты что ж думала, свое счастье ковать так тебе просто? Помучиться придется!
- Как это – «счастье ковать»? – не поняла девчонка.
- Да вот так и ковать. Человек – сам кузнец своего счастья, слышала про это? А стало быть, как ты над ним потрудишься, такое счастье у тебя и будет, - снисходительно объяснил Главный Кузнец.
- Какое же счастье, когда мучаешься? – продолжала допытываться девчонка.
- А вот такое и счастье. В муках добытое, в огне закаленное! - бодро сказал Кузнец и пошел по своим делам.
- Ничего себе счастье! – пробормотала себе под нос девчонка. – Ужас какой-то…
Назавтра девчонку поставили подмастерьем к инструментальщику. Весь день она помогала выдавать тяжеленные кувалды, молотки и молоточки, клещи, зажимы и прочий кузнечный инструмент. К вечеру она выглядела усталой и сердитой.
- Не нравится мне этот инструмент, - сообщила она инструментальщику. – Он какой-то злой. Похож на орудия пыток.
- Ну ты смотри какая привередливая! Ишь ты, подмастерье… – подивился инструментальщик. – Не видала ты орудия пыток… У нас здесь и такое куют, сходи, посмотри.
- Тоже для счастья? – съязвила девчонка.
- А как же, - спокойно подтвердил мастер. – Счастье, оно ведь разное. Кому-то и такое надо. Слыхала выражение «счастья пытать»? Ну вот, это для того инструмент и есть…
- Не нравится мне это, - пробурчала девчонка.
А на следующий день ее поставили подмастерьем к кузнецу и даже вручили маленький молоток. Она честно отпахала весь день, по обыкновению задавая кузнецу кучу вопросов.
- Ну ты и достача, подмастерье, - пожаловался кузнец в конце дня. – Я от тебя больше устал, чем от молота. Ну зачем тебе знать – почему да отчего? Я вот кую – лишних вопросов не задаю. Знаю, что и родители мои счастье ковали, и деды, и прадеды. Традиция!
- Что ж тогда они ковали-ковали, да ничего по наследству не передали? – сумрачно спросила девчонка. – Или ленились?
- Ничего они не ленились, - насупился мастер. – Просто так положено – ковать. Испокон веков!
- А я не хочу, как испокон веков! – объявила девчонка. – Я хочу разобраться.
В последующие дни она разбиралась. Смотрела, как и что положено делать, и что получается в результате.
- Вот зачем вам доспехи? – дергала она за рукав мастерицу, только что закончившую клепать латы.
- Для защиты от врагов! – отвечала мастерица, любовно оглаживая шлем с забралом. – В этих латах я буду неуязвима. Никто меня не увидит!
- Ну ладно враги не увидят, но и друзья тоже, - докапывалась вредная девчонка. – Вас и рукой погладить невозможно будет, кругом один металл.
- Меня однажды так «погладили» – мало не показалось, - усмехнулась мастерица. – Пусть уж лучше металл… Оно как-то безопаснее.
- Ну уж нет, это не по мне, - мотала головой девчонка.
Однажды Главный Кузнец подозвал ее и спросил:
- Ну, освоилась? Не пора ли тебе самой попробовать, как свое счастье куют?
- Не пора, - дерзко ответила девчонка. – Я еще не разобралась, откуда заготовки появляются.
- Знамо, откуда. Со склада! – объяснил Главный Кузнец. – Да зачем тебе это?
- Я знаю, что со склада, - тряхнула челкой девчонка. – А на склад откуда?
- Из руды выплавляется. Экая ты настырная! Хочешь в плавильную? Там жарко! Не детское дело.
- Хочу, - коротко сказала девчонка. – Я вам не дите малое. Я хочу разобраться!
- Ну разбирайся, я распоряжусь, чтоб пустили, - разрешил Главный Кузнец, и подумал: «Упорная! Хорошим мастером будет!».
В плавильной и правда был настоящий ад. Ревущее пламя, раскаленный воздух, огонь и тьма вперемежку. В цеху работали молчаливые чумазые люди в кожаных передниках и рукавицах. В огромные печи целыми вагонетками засыпали измельченную руду, там она плавилась, а потом по специальным желобам стекала в емкости, и уже оттуда – в формы. Формы остужали, и из них вынимали аккуратные брусочки – те самые, которые потом пойдут в кузнечный цех. Туда, где испокон веков люди куют свое счастье.
Девчонка смотрела на все это мрачным взглядом, и ей явно не нравилось то, что она видит. Напоследок, покидая цех, она ухитрилась стянуть с вагонетки небольшой кусок руды. Сама не знала зачем – так, захотелось. С тем и вернулась в кузнечный цех.
- Ну как, разобралась, подмастерье? – спросил ее Главный Кузнец.
- Нет еще, - буркнула девчонка. – Я так и не поняла, из чего куют счастье? Что-то не слышала я никогда про «счастливую руду». Где ее добывают?
- Ну ты дотошная, подмастерье, - одобрительно покачал головой Главный Кузнец. – Руда получается из сырья. А сырье каждый приносит с собой. Складываем в емкости, обрабатываем под высоким давлением, а потом под пресс пускаем, дробим – вот так и выходит руда.
- Хочу посмотреть, - загорелась девчонка.
- Не положено. Вот когда станешь мастером, принесешь свое сырье – тогда и увидишь. А покуда вникай. Ты подмастерье шустрый, из тебя хороший мастер получится – настоящий кузнец своего счастья. Иди, работай.
Девчонка задумчиво кивнула и пошла, но не к кузнецам, а к выходу. У нее был пытливый ум, и она не любила поступать «как все». А слово «не положено» еще больше подстегнуло ее любопытство.
На улице она наконец-то вдохнула полной грудью, подставила лицо под свежий ветерок и нащупала в кармане кусок руды. Он был теплый, и ей даже показалось, что он слегка запульсировал в ее ладошке. Она отошла в сторонку, села на какое-то бревно, достала свою добычу и стала пристально рассматривать.
Кусок неправильной формы. На металл даже и не похож – скорее, минерал. Невзрачный, и в то же время симпатичный, очень естественный. Как солнце, или как дождь, или трава. Теплый и словно бы живой. Когда на руду упал солнечный луч, он засверкал и заиграл поблескивающими искорками, и девчонка подумала, что это он так перед ней выпендривается, хочет ей понравиться. Подумала – и сама прыснула от такого нелепого предположения.
- Ты живой? – спросила она. Разумеется, камешек ей ничего не ответил, только запульсировал сильнее – теперь в этом не было сомнений.
- Ты похож на маленькую зверюшку, - сообщила ему девчонка. – Такой же теплый и смешной. И ты мне нравишься.
Камешек заискрился и запрыгал в ее ладошке.
- Ух ты! – восхитилась девчонка. – Это ты мне так отвечаешь? Ну ничего себе! Оказывается, ты не простой камешек. Наверное, я тебя не просто так стащила. Может быть, на счастье?
Камешек завибрировал, засиял, и это сияние коснулось ее лица, защекотало нос. Девчонка зажмурилась и чихнула. И в нее хлынули самые неожиданные образы – белые пушистые одуванчики, и радуга над полем, и весело щебечущие птицы, и какой-то карапуз с плюшевым зайцем в ручонках, и парочка на скамейке, и звездное небо, и белый кораблик на водной глади. Все это наполнило девчонку таким чистым, радостным счастьем, что она даже дышать забыла.
А когда она открыла глаза, то увидела, что камешек на ее ладошке рассыпался, превратился в кучку всего-на-свете, и в этом еще угадывались прежние образы – и одуванчики, и радуга, и звездное небо… Так это и есть сырье??? А среди всего этого лежало семечко. Настоящее семечко, некрупное, но явно живое.
- Чудесаааа, - прошептала девчонка. – Зерно в камне, это ж надо!
- Ого! Семена Счастья? Ну ты и шустрая, подмастерье! – раздалось совсем рядом.
Девчонка испуганно вскинула голову и сжала кулачок с зернышком. Она и не заметила, как к ней подошел Главный Кузнец.
- Да ты не бойся, я не отберу, - засмеялся Кузнец, заметив ее испуг. – Просто интересно, как тебе это удалось?
- Я не знаю, - ответила девчонка. – Случайно.
- Семена Счастья случайно не находят, - улыбнулся Кузнец. – Семечко счастья приходит только к тем, кто готов его взращивать.
- Как это – «взращивать»? – удивилась девчонка. – Его ведь куют!
- Куем потихоньку, - вздохнул Кузнец. – Когда-то люди умели добывать счастье из всего-на-свете. Что случилось – то и счастье. И потери, и приобретения – все к лучшему, все на счастье. Утром проснулся - счастье. Ноги ходят – счастье. Курица снеслась – счастье. Зима прошла – счастье. А потом человек стал ненасытным. Ему все казалось, что для счастья чего-то не хватает. Тогда человек и придумал – ковать свое счастье.
- Но это же неправильно! – возразила девчонка. – Вот оно, счастье, у меня в руках! Я это точно почувствовала! Зачем его сначала спрессовывать, потом переплавлять, а потом еще и ковать, чтобы получилась мертвая вещь из металла? Пусть даже и красивая! Как те розы… Красивые, но неживые!
- Эх ты, подмастерье… А если человек по-другому не умеет? Если для него счастье – в преодолении трудностей? Если он другого счастья не знает? Если он счастье из малого семечка взращивать не умеет?
- Так надо ему объяснить! – воскликнула девчонка. – Рассказать ему, как все на самом деле!
- Да что ж ты, подмастерье, думаешь, что умнее всех? – усмехнулся Главный Кузнец. – Сырье-то откуда берется? Сами несут… Знают они, как все на самом деле. Только хочется им ковать свое счастье! Предки ковали – ну и они куют. Испокон веков.
- Слышала я уже про «испокон веков», - заявила девчонка. – Только я так не хочу! Я как представлю, что надо утром надо вставать, нести вчерашнее сырье в кузню, а потом целый день ковать, ковать, ковать… И в огонь свое счастье совать, и молотом лупить, и в холодной воде закалять. А в результате – какая-нибудь фигурная решетка на окна, как в тюрьме, только чуть покрасивше. И снова ковать… Ну уж нет!
- И что ты намерена делать? – прищурился Кузнец.
- Домой пойду. Семечко Счастья сажать.
- А вдруг не приживется?
- Приживется. А не приживется – другое найду. Я теперь знаю, что счастье можно взращивать. Вот и буду! Потихоньку, помаленьку научусь. Вы не думайте, я трудолюбивая!
- Да уж заметил, - засмеялся Кузнец. – У тебя получится. Настырная ты. Ну, коль решила – так беги, сажай. Подмастерье…
Девчонка поднялась, попрощалась и припустила прочь от кузни. Главный Кузнец с улыбкой смотрел ей вслед. Сколько таких он уже провожал - тех, что намахались молотками, наглотались соленого пота, наковались досыта и поняли, что счастье вовсе не надо ковать, оно и в виде сырья вполне пригодно у употреблению… Но вот так, чтобы подмастерье до всего своим умишком дошел – это редко бывало.
- Да уж, подмастерье! Хороший получится мастер, - подумал Главный Кузнец, глядя ей вслед. – Жаль только, что в другой области. Ну, садовники миру тоже нужны. А то откуда взяться в нем Семенам Счастья?

Эльфика

- Ага, решила! – ответила сияющая, готовая к подвигам Душа.
- Ну и что, какой жанр выбираем на этот раз? Какую жизнь будем жить? Драма, трагедия, комедия, фарс? – небрежно спросил Режиссер. Он вел себя как настоящая акула шоу-бизнеса: восседал развалившись, смотрел иронично, передергивал крыльями и чистил ногти маленькой щеточкой.
- Ой, даже не знаю! – засомневалась Душа. – Как-то всего сразу хочется!
- Ну уж, всего сразу, - остудил ее пыл Режиссер. – Ты в прошлой жизни что играла?
- Комедию. Ох, и весело это было! – оживилась Душа. – Неудачником была. Все время в какие-то ситуации попадала. Все надо мной смеялись. А я больше всех. А потом раз – и сорвала джек-пот в «Бинго»! Во у них рожи-то были!
Душа аж зажмурилась от воспоминаний – видно, рожи были и в самом деле, что надо.
- А потом откуда ни возьмись – и родственники, и приятели понабежали – я и не знала, что у меня их столько! Они вокруг меня и так, и эдак… А я раз – и завещала все любимому бульдогу Рамзесу II! Ну, тут вообще отпад – Перехода и не заметила, так веселилась!
- Значит, мужчиной была? – продолжал расспросы Режиссер. - Ну, в этот раз женщиной будешь, правила известны.
- Да, хорошо, с удовольствием, - согласилась Душа.
- Как насчет высокой трагедии? – предложил Режиссер. – Вы молоды и красивы, любите друг друга, но родители против, потому что семьи ваши враждуют. Вы встречаетесь на балу, между вами вспыхивает любовь. Но потом он убивает твоего брата…
- Мэтр, это уже было! – запротестовал Ангел из Сценаристов. – Это вы историю Ромео и Джульетты излагаете. Старо как мир!
- Классика есть классика, - назидательно сказал Режиссер. – А вам, юноша, следовало бы с уважением относиться к сединам.
И он выразительно посмотрел на кончик своего белоснежного крыла.
- Творец не любит плагиата, - мстительно сказал «юноша». Ему не нравились гламурно-богемные привычки Режиссера. Нахватался, понимаешь, на Земле…
- М-да…Так о чем мы говорили? – одумался Режиссер, которому вовсе не хотелось попасть под громы и молнии Творца. – Не хотите высокую трагедию – ну что ж, давайте психологическую драму. После комедии – в самый раз. На контрасте, так сказать. Пожелания есть?
- Ну, хочу, чтобы родители меня любили. И чтобы у меня сестра была. Я ее любить буду. Потом чтобы муж был, любимый, и мы тоже двоих родим. Мы их тоже любить будем. Это главное. Остальное – как получится.
- Нет, вы посмотрите на нее, - горестно призвал Режиссер. – Вот уж сценарий так сценарий! Да ради такого стоит ли воплощаться? Энергии больше на Переход уйдет, чем на жизнь!!! И где же внутренний конфликт? Где зерно образа? Где страсть, я вас спрашиваю? Уси-пуси какие-то! Это не психологическая драма, это утренник на полянке. Где здесь Спектакль??? Где психодрама??? Нееет, зрителю такое не надо! Зритель на такое не пойдет!
- Вот деспот, - с ненавистью прошипел кто-то из массовки. Ангелы-Сценаристы тоскливо смотрели кто куда.
- Не верю, Душа моя! Не верю, как говаривал великий Станиславский! Давай все сначала. Итак, родители. Что у нас там с родителями? – продолжал явно довольный собой и своей экспрессией Режиссер, чуть поуспокоившись.
- Родители подобраны, ждут, ребенок родится в любви, - доложил Ангел-Сценарист. – В принципе, все в порядке.
- А в чем конфликт? – въедливо спросил Режиссер.
- Да есть конфликт, есть! – с досадой сказал Ангел-Сценарист. – Позже отец влюбится и уйдет из семьи к другой женщине. И девочка запомнит эту ситуацию. И потом у нее будет выбор: научиться строить отношения по-другому или повторить судьбу матери.
- Хорошо, - с явным удовольствием откинулся на спинку кресла Режиссер. – Вот ведь можете, когда захотите. Ну-с, теперь сестра. Кто у нас сестра?
- Я сестра, - отозвалась Душа из амфитеатра. – Я согласна сыграть роль Сестры.
- Что будем играть? – благодушно поинтересовался Режиссер.
- Я буду всегда чуть более успешной. Меня будут ставить ей в пример. А она будет злиться и думать, что я отнимаю часть родительской любви. И это будет заставлять ее все время стремиться меня обогнать. Но в то же время в глубине души будет чувствоваться обделенность.
- Вот! – проникновенно сказал Режиссер, обведя взглядом всех присутствующих. – Вот, учитесь! Какая идея! Какой образ! Какой простор для развития сюжета! Принимается! Внести в сценарий немедленно!
Сценаристы дружно застучали по клавишам ноутбуков. Сестра, явно польщенная похвалой, гордо уселась на место. Душа-прима посмотрела на нее с неодобрением. Похоже, будущие сестры уже начали входить в роль.
- Продолжим! – объявил Режиссер. – Итак, кто у нас далее? Муж?
- Я буду Муж, - сообщила очередная Душа. – Я вот тут смотрел, и мне пришла в голову такая идея. Она уже чувствует себя униженной. Тогда я буду ее еще больше унижать. А она должна будет вырабатывать чувство собственного достоинства и отстраивать свои границы. И мои родители не будут ее любить, как ей хочется, и это ее еще больше унизит. Чтобы возвыситься, ей придется много работать над собой.
- Ну еще чего! – возмутилась Душа-прима. – Не позволю я себя унижать!
- А вот и проверим, - хладнокровно сказала Душа-Муж. – Поработаешь над собой - не позволишь. А если будешь лениться и останешься прежней, тогда я тебя совсем брошу. И все равно придется!
- И не пойду я за тебя замуж, тиран! – гордо сказала Прима.
- А вот это – идея! – радостно воскликнул Режиссер. – Сначала ты не захочешь за него замуж, и у тебя будет время подумать. Но если ты за это время не проработаешь тему «Унижение» - пойдешь как миленькая. А то хуже будет! Мы тебя тогда вообще за рубеж выдадим, в страну третьего мира, в гарем из 14 жен! Так что, Душа моя, соглашайся лучше на Мужа.
- Тем более что и у меня в этом воплощении запланирована тема «тиран-жертва», - скромно добавила Душа-Муж.
- Ну тем более, тем более, - согласился Режиссер. – Теперь надо бы добавить радости в жизни. Кто возьмется?
- Может, дети? – предложил один из Сценаристов. – По просьбе Души их будет двое…
- Дети, сюда! – помахал рукой Режиссер.
Сверху слетели две Души.
- Ваша задача – дарить мамочке Безусловную Любовь, - доверительно сказал Режиссер. – Радовать ее, давать ей поводы для гордости, вносить в ее жизнь свет и тепло. Готовы?
- Готовы, мы готовы, - запрыгали от радости Души. Это была приятная роль, что ни говори.
- Так. Теперь прорабатываем эмоциональую линию, - объявил Режиссер. – Что у нас там в этом плане?
- Мы вот тут подумали и решили, - начал один из Сценаристов. – Судьба ее не будет простой. Взлеты и падения, потери и приобретения, друзья и враги – все будет. Варианты такие: первый – озлобится, начнет делать карьеру, чтобы была власть, начнет мстить врагам и приподнимать друзей, делать деньги, шагая по головам, в результате к концу жизни останется одна, в пустой квартире, подводить горькие итоги жизни. Приобретения компенсируются потерями. В общем, мрак. Второй вариант: будет уходить в обиды, самооценка ниже плинтуса, совершенно потеряет веру в себя, страхи, депрессии, тяжелая болезнь, преждевременный уход. Унижение компенсируются обвинением других и комплексом Жертвы. И еще третий вариант: захочет разобраться в себе, будет все чаще обращаться к Душе, развивать Внутреннее Зрение, начнет писать прекрасные стихи, в них будет выплескивать свои эмоции, совершенствовать мастерство, стихи будут читать разные люди и плакать над ними. Таким образом, потери компенсируются приобретениями.
- Принято! – хлопнул в ладоши Режиссер. – Отлично, отлично! Это, я вам скажу, замечательная линия в спектакле! Столько скрытого трагизма! Столько прозрений и озарений!
- Мне нравится третий вариант, - воодушевилась Душа. – Давайте остальные отбросим, а его оставим.
- Нет, дорогая моя, этот номер не пройдет, - с удовольствием сообщил Режиссер. – Тебе уже в процессе жизни придется сделать этот выбор. Самостоятельно! Иначе какой смысл во всем Спектакле? Тогда это будет халтура, и в чем же свободный выбор?
- Почему, ну почему нельзя сразу спланировать себе счастливую жизнь в Хорошем Спектакле? – заламывая руки, громко вопросила Душа-прима, обращаясь куда-то наверх.
- Душа моя, поменьше трагизма! Вы еще не на сцене, – осадил ее Режиссер. – Любой Спектакль – хороший. И любая Жизнь – счастливая. Мы здесь других не сочиняем. Просто там, на Земле, каждый волен вести свою роль так, как ему хочется. В рамках договоренностей, конечно. И каждый миг ты сама будешь делать выбор – обидеться или простить, согласиться или отказаться, вмешаться или пройти мимо. Там, на Земле, каждый сам себе Режиссер и сам себе Прима. А остальные – только подают реплики.
- Но мы же приходим на Землю с чистой памятью! – возразила Душа-прима. – И никогда не знаешь, какой вариант выбрать…
- А в этом и заключается великий замысел Творца, - торжественно сообщил Режиссер. – Ведь главная задача земного человека – обратиться к Душе. Ведь только у Души можно узнать, кто ты есть на самом деле. Это и есть самое интересное в Спектакле!
- Весь мир – театр, и люди в нем – актеры. Великий Шекспир! – подал реплику один из Ангелов-Сценаристов.
- Ну-с, Душа моя, хватит болтовни! Нам сегодня еще школьные годы проработать надо, - прервал паузу Режиссер. – Массовка, ко мне! Кто у нас в роли первой учительницы?
Массовка, гудя, потянулась на сцену. Душа наблюдала за вереницей людей, которые так или иначе войдут в ее жизнь, и каждый старательно сыграет свою роль, которая так тщательно спланирована и отрепетирована здесь. И не было здесь деления на «плохой-хороший», и никто не желал ей зла, а просто каждый нес свое Послание, свой Урок.
- Ну и пусть! – упрямо сказала Душа-прима. – Пусть унижения, пусть потери. А я все равно буду счастливой! Я сыграю самый лучший Спектакль на Земле. Вот увидите!
Она уже знала, что ТАК И БУДЕТ.

Vel,den første filipinsk dama kom til bygda i 1983-1984. Det gikk historier at hun satte tøflene ved døra,hadde mat på bordet. Ja,nesten som en slave. Det var hennes måte å takke sin mann. Men hun lærte å finne noe de begge likte. Jeg tror de lever sammen idag  

Russland var et fattig land. De hadde dårlig med klær. Det var innsamlingsaksjoner til Murmansk husker jeg. Vi sendte klær. Vi lærte at de hadde fin natur. De hadde gammeldags måte å leve på. Og de hadde atomvåpen.

Jeg hadde en jeg ble kjent med. Han hadde blitt sammen med ei Russisk dame. Hun var gravid med hans barn. De hadde kjøpt hus. Og en dag tente hun på huset deres,og dyttet kameraten min ned en trapp. Huset står enda totalt ødelagt. Jeg kan kjøre dit å ta bilder hvis dere ikke tror meg. Dette skjedde for mere enn fem år siden.

Men det jeg vil frem til. Jeg tror at den Russiske kvinnen er veldig på vakt for hvem som har gode eller mindre gode hensikter. 

Og det gjør at den norske mann vil streve med å få sagt sitt budskap til en kvinne fra Russland. Fordi Russiske damer tror de vil ha en slave. Jeg tror flesteparten av Norsk mann vil dele på husarbeid,matlaging,klesvask,rydding og barneoppdragelse. De vil ta del i livet til kvinnen. 

Men så er det de som reiser på ferie til Russland. De vil kun én ting. Ha sex. Eller de vil gjerne ha ei ung og naiv jente de kan ta med hjem til Norge. 

Så dere Russiske jenter. Det jeg nå lurer på. Hvem tror dere mannen som reiser på sex ferie til Russland har sex med? Jeg tror at det er VELDIG mange av de jentene menn har truffet på ferie,som er her på sånne dating sider.

Jeg klandrer ingen. Jeg har ikke noe imot at noen prøver å finne lykke her på denne måten. Det jeg da reagerer på er kansje de kravene som blir ønsket. Han må være kjekk,veltrent og maskulin.... 

Hvor er normal? Hvem vil dere være? Tror dere at det er noen som åpner døren for dere,hvis de ikke får betalt?

Jeg lurer jo hele tiden. Hvem er profilen bak bildet? Hvem vil hun kunne godta å leve sammen med? Vi er alle forskjellige. 

Nå håper jeg at oversettelsen blir bra. At dere forstår det jeg spør om. Dette er egentlig et positivt brev. Positivt og ærlig.

Hva kan jeg gjøre for at vi skal ha en samtale uten at vår bakgrunn spiller så stor rolle?

Vil du fortsatt selge kroppen din,eller tar du til takke med en ikke så rik mann?

Hva om krig er hos deg. Hvor mye av din sjel selger du for å slippe?

Dette er noe av hva jeg tenker på. Har kvinnen et oppriktig ønske om å finne noen å bli gla i,så finner hun det hun søker. En må kansje senke kravene litt.

Jeg snakker med flere her på siden. Mange hyggelige,og noen som jeg har mindre hyggelige samtaler med. Sånn vil det bestandig være.

Takk for at dere kvinner er på forumet   uansett bakgrunn. Du er den viktigste personen i ditt liv  

Hello Ladies!

Do you think it is unusual for the mother to leave the small child alone during the short period of time? For example, I'm familiar with a Russian woman that would leave her 6 year old son unattended in her home for 30-40 minutes (She wished to go grocery shopping). Moreover, she left the son alone in the parked car, which at the time, seemed unsafe (It was cold outside, and the brakes/transmission could be disengaged by any curious young boy). Other times, when the boy misbehaved, she threatened him with the solitary confinement as the disciplinary action.

As a side note, I remember that while bringing the child to the park, it was possible to lose sight of him, and not worry because there were many other children playing without the parents direct supervision. Unfortunately, in America society, it's no longer possible for children to play in the parks unattended.

Obviously, I was uncomfortable with this woman's parenting methods...and maybe I worried too much?

5. Думай позитивно. Если в мыслях у тебя поселятся вера, надежда и любовь — всё заиграет новыми красками и пойдет на лад. С плохим настроем ничего не имеет смысла.
6. Будь спокоен. Всегда сохраняй спокойствие, и взамен тебе будет даровано счастье!
7. Верь. Если ты будешь верить, что всё наладится, так и произойдет. Вера — самая великая движущая сила.
8. Прислушивайся к себе. Ты обладаешь ответами на все интересующие тебя вопросы, главное — вовремя слышать голос справедливости и добра у себя в сердце.
9. Тебя любят. Даже когда ты совершаешь злые и необдуманные поступки, у тебя всегда есть надежда на прощение. Есть сила, которая любит тебя, несмотря ни на что.
10. Не суди окружающих. Если ты осуждаешь других — и тебя осудят, если ты обманешь — обманут тебя. Поступай с другими мудро.
11. Не вини никого. Во всех своих бедах человек виноват сам — плохие мысли, обиды, злость, неправильные решения меняют жизнь в худшую сторону.
12. Процветай! У тебя есть всё, чтобы жить благополучно. Человеку нужно не так много для жизни, как мы привыкли думать.
13. Будь милосердным. Пожалей злого, по твоему мнению, человека, улыбнись жестокому — никогда не уподобляйся им.
14. Занимайся саморазвитием. Если ты не развиваешься, ты вредишь себе. Остановка в развитии влечет за собой несчастья.
15. Не «За что?», а «Для чего?». Знай — провидение не дремлет, и всё происходит с тобой не просто так.
Любые трудности — лишь уроки, которые сделают тебя лучше. Вера во что-то большое способна сотворить чудо даже в самом безвыходном, казалось бы, положении. Помни об этих ценных подсказках, и счастье преобразит твою жизнь!

- А какой я? – завеселился мачо. – Ну-ка, дайте мне характеристику! Очень интересно!
- Выпендрежник, бабник, донжуан, казанова. Еще врун, болтун и хохотун, - охарактеризовала его дама. Потом подумала и добавила: - И еще, наверное, ненадежный.
- Да, я такой, - весело согласился донжуан и хохотун. – Но зато добрый, веселый и бескорыстный. Ну так помощь-то нужна?
- Нет! Подожду кого-нибудь понадежнее, - смерила его холодным взглядом дама.
- Ну, как знаешь, красавица, - не стал настаивать он, и пошел себе, насвистывая, дальше по дорожке.
- Женщина, что вы там кричите? – спросила полная высокая старуха, выгуливающая болонку. – Тишину нарушаете, собачку беспокоите. Нельзя так в парке себя вести. Что у вас случилось?
- Да вот еще вы меня не поучали, - тут же парировала дама. – Надо – вот и кричу. Я помощи прошу у Мира.
- Ну так не надо же вопить так, что люди пугаются. Между прочим, за нарушение общественного порядка выписывается штраф, чтоб вы знали. Что надо-то, чем я могу помочь? – спросила старуха.
- Вы – ничем. Вы слишком высокомерная и склонны к нотациям. Я не приму от вас помощи, - неприязненно сказала дама.
- Ну, милая моя, была бы честь предложена, - обиделась старуха и дернула за поводок. - Пойдем, Гера!
- Людиии! Помогиииитеееее! – снова раздалось на весь парк.
- Гав! Гав, гав, гав! – рядом с соснами притормозила большая дворняга, мчащаяся куда-то по своим собачьим делам.
- Ой! Мамочки! Да что же это? Тьфу, как я напугалась. Чего тебе, ты, псина?
- Гав! Гав!
- Господи, какая страшная, вся в репьях каких-то. И облезлая. Да она, наверное, лишайная. Иди отсюда! Прочь! Место! Ой, что я говорю-то? Какое там место? Наверное, ее место на соседней помойке. А если она кусается? А вдруг у нее еще и бешенство??? Фу! Уходи! Уходи!
Собака неодобрительно гавкнула, развернулась и потрусила в обратную сторону. А дама осталась между своих трех сосен и снова начала взывать к Миру:
- Эге-ге-гей! Лююююди! Ауууууу!
- Тетенька, тетенька, что вы кричите? – окружила сосны группка подростков.
- Кричу, потому что заблудилась, - объяснила «тетенька».
- А где вы заблудились? – удивились подростки. – Тут же все насквозь видно, во все стороны!
- Вам, может быть, и видно, а мне – нет, - парировала дама. – Вам все равно, где болтаться, а я ищу Мудрость.
- Ненормальная какая-то, - прокомментировал пацан. – Вы ее точно здесь потеряли?
- Я ее не теряла, я ее просто ищу, - объяснила дама.
- Как грибы, что ли? – допытывался подросток. – Она какая, ваша Мудрость? Может, мы вам поможем поискать?
- Нет, дети, вам еще рано думать о Мудрости, вы не поймете. Тем более что я сама не знаю, как она выглядит.
- А раз сами не знаете, как же вы тогда узнаете, что вы ее нашли? – очень мудро спросил подросток.
- Ах, это пустяки! Уж как-нибудь узнаю. Может, мне кто-нибудь подскажет. Мне, главное, дорогу к Мудрости найти, а уж там как-нибудь.
- Так вы идите сюда, на дорогу, где все люди ходят, - предложил подросток. – А то что вы там, в соснах, туда-сюда бродите?
- Нет, мальчик, по этой дороге я уже ходила, но Мудрость не нашла. Мне нужна другая дорога, настоящая.
- Шизнутая какая-то, - сообщил товарищам подросток. – Ну ее, айда лучше на скейтах погоняем.
И подростки рванули дальше, сразу переключившись на свое и забыв о странной тетеньке. Они вообще не умели долго морочиться чем-то одним.
- Аууууу! Кто-нибууууудь! Помогите мнеееее! – вновь заголосила дама.
- Здравствуй, дорогая моя! – приветствовала ее подошедшая девушка. – Ну, слава богу, я тебя нашла.
Дама уставилась на нее раскрыв рот. Девушка была крепкотелая, пышногрудая, длинноногая, одетая в вызывающие короткие шортики и очень открытую майку. В общем, даже не девушка, а девица. Возможно, даже легкого поведения. Она улыбалась и протягивала руку, но дама вовсе не спешила ее принять.
- А зачем ты меня искала? – подозрительно спросила она девицу.
- Я пришла научить тебя Мудрости, - сообщила девица.
- Ты? Меня? Мудрости? – очень удивилась дама.
- Ну да, я. Тебя. Мудрости. Что тебя так удивляет? – спросила девица.
- Ты такая… молодая… И какая-то, прости, несерьезная, - с сомнением поглядела не нее дама. – Чему ты меня можешь научить?
- Тебе придется мне поверить. И довериться, - сказала девица. – Иначе какая из тебя ученица?
- Ученица? Я должна стать твоей ученицей? Ну, знаешь! – расстроилась дама. – Ну сама посуди, как я могу воспринимать тебя как Учителя?
- А каким должен быть твой Учитель? – поинтересовалась девица.
- Ну… я не знаю. Наверное, немолодым, или хотя бы зрелым человеком. Без глупостей в голове. Каждое его слово – как бриллиант, в душу западает. Да, и желательно, чтобы с белой бородой!
- М-да, - сказала девушка. – «Слово – бриллиант с белой бородой». Образно, ничего не скажешь. Только вот знаешь… Путаница у тебя в голове какая-то.
- Нет у меня никакой путаницы, - обиженно возразила дама. – Одно дело, когда тебя соплюшка в шортах учить пытается – извини, конечно, а другое дело – когда старец в длинных белых одеждах, борода грудь прикрывает, в руках – такая большая книга в кожаном переплете, с металлическими застежками. И голос у него тихий, проникновенный, убедительный… Ну вот это – Учитель!
- Ну, понятно, - покивала девица. – Теперь все с тобой понятно.
- Что тебе понятно? – насторожилась дама.
- Понятно, почему ты запуталась в трех соснах и никак не можешь обрести Мудрость, - пояснила наглая красотка. – Что ж, каждый имеет право на свои заморочки. Тогда жди дальше, а я пошла! Пока! Удачи!
И девица беззаботно зашагала по дорожке в глубь парка, развратно покачивая бедрами.
«Учительница, блин!», - неприязненно посмотрела ей вслед дама и присела под сосной. Устала она искать Мудрость самостоятельно, а на помощь никто серьезный не приходил – зови-не зови. И так ей жалко стало себя, что она даже тихонечко застонала:
- Господи, ну пришли ты мне уже настоящего Учителя! Которому я смогу довериться! И в которого я поверю!
- Присесть-то можно? – раздался голос от соседней сосны. Из-за нее величественно выплыл старец в длинных белых одеждах, с роскошной седой бородой, держащий в руках огромный фолиант в кожаном переплете, с металлическими застежками. Видение повергло даму в кратковременный шок.
- Ой… а… да! Пожалуйста, присаживайтесь! – придя в себя, спохватилась дама.
- Ты не против, если я и книжечку эту на землю положу? - проникновенно спросил он тихим голосом. – А то, знаешь ли, она килограмм 15 весит, все руки оттянула.
- Да, конечно, - залопотала дама. – Пожалуйста, кладите. А вы, простите, кто?
- Ну вот здравствуйте, - обреченно сказал старец. – Как еще мне извернуться, чтобы ты признала во мне Учителя? Я в белом? В белом! С книгой? С книгой. Борода имеется? Имеется! Что тебе еще надо, чтобы ты перестала сомневаться?
- Нет, нет, вы меня извините! Я просто немного не в себе… Неожиданно как-то все это, - стала оправдываться дама.
- Ничего себе «неожиданно»! – не согласился старец. – Ты целый день зовешь, кричишь, голосишь, просишь – и что, не ожидая результата, что ли?
- Да нет, конечно, ожидая, - заторопилась дама. – Но я уже отчаялась. Ко мне все время приходили не те! Какие-то странные личности.
- Такие, что ли? – спросил Старец и превратился в бомжеватого мужичка, причем книга тут же стала клеенчатой сумкой и издала отчетливый стеклянный звон.
Дама поперхнулась, зажмурилась и затрясла головой. Когда она открыла глаза, разумеется, бомж исчез. Зато вместо него возник развязный подросток, который ей подмигнул и шмыгнул носом.
- Тетенька, может, все же помочь? – спросил насмешливо невоспитанный пацан.
Дама вскочила и завертела головой, ища глазами что-нибудь привычное и понятное.
За это время пацан превратился в облезлую собаку, которая склонила голову набок, и на ее морде явственно проступило лицо бескорыстного донжуана, которое ехидно спросило: «Ну что, глазам своим не веришь?».
- Я сошла с ума, - констатировала дама. – Это точно.
- И очень хорошо, - сообщила ей, все еще стоя на четвереньках, развратная девица, которая секунду назад была собакой с мужским лицом. – Тебе давно полезно сойти с ума, а то он влечет тебя исключительно по накатанной колее.
- Ты мне кажешься! – твердо сказала дама, взирая на девицу. - Ты – моя иллюзия.
- А Мир вообще состоит из иллюзий, - подтвердила старуха, держащая на руках не то книгу, не то болонку. – У каждого – свои. Но каждый вправе выбирать наиболее подходящие для него иллюзии. Об этом много говорили древние индусы. Правда, Гера? - и она нежно погладила не то болонку, не то книгу.
- Господи, господи, да что же это? – забормотала дама, озираясь. – Да что же это со мной? Это я сошла с ума или Мир сошел с ума?!
- Сядь и помолчи! – веско сказал ей старец, который вновь стоял пред нею. Он подождал, пока дама плюхнется на землю, и продолжил:
- Ты действительно в поисках Мудрости заблудилась в трех соснах. При этом ты даже не можешь сформулировать, что ты сама считаешь Мудростью. Ты просила у Мира помощи, и он тебе ее исправно посылал через разных людей, а ты – отвергала протянутую руку. Он показывал тебе дорогу – но ты в ней разочаровалась. Что хочешь ты от меня, женщина?
- Я хочу, чтобы вы мне объяснили! Ну какой мудрости я могу научиться у бомжа? Или у пацана? А тем более у собаки? А уж бабник, старуха и девица – мне так просто даже неприятны! – с отчаянием заговорила дама. – И почему надо скрывать Мудрость под такими масками??? Я хочу понять!
- А между тем все просто, - сказал старец. – Мудрость не валяется на дороге, не растет на дереве, не продается в магазине. Она скрыта внутри каждого создания Божьего. Каждого! И бомжа, и мужчины, и женщины, и ребенка. Потому что каждый получил свой опыт и обрел свою Мудрость. И если ты открыта и непредвзята – ты можешь ее взять, и можешь так же поделиться своей Мудростью с другими.
- Да, мне раньше это уже говорили, - неохотно согласилась дама. – Но в мире столько несимпатичных мне людей, у которых я не хочу ничему учиться! Это – не мой путь!
- А какой твой путь? – поинтересовался старец.
- Я не знаю! – гордо сказала дама. – Но знаю, что должна его найти.
- Вот смотри, - терпеливо стал объяснять старец. – Вокруг нас – огромный парк. Это – своего рода модель Мира. В нем очень много всего: трава, кустарники, клумбы, аттракционы, скамеечки, скульптуры, посетители и служители – всего не перечесть. И все это соединено дорожками, которые проложили люди. А между дорожками есть газоны, по которым ходить, в целом, запрещается – но, по крайней мере, можно попробовать! И все так и делают: ходят, изучают, ищут новые тропинки, обретают милые сердцу уголки. А ты из всего огромного Мира выбрала маленькую площадочку между тремя соснами, и мечешься от того, что твое пространство ограничено, и ты уже в этом треугольнике все изучила. А расширить свое пространство ты сама себе и не даешь. Разве не так?
- Так, - неохотно согласилась дама. – Возможно, это действительно так. Я ведь в этом парке еще не видела ни статуй, ни аттракционов. Или видела, но не замечала. Я все время искала Мудрость, но не думала, что она не вовне, а внутри!
- Молодец, мудреешь на глазах, - одобрил старец. – И еще: Учитель приходит, когда Ученик готов. Но если Ученик сомневается, подозревает в других злой умысел или считает, что кто-то значит в этом Мире больше, а кто-то – меньше, он просто не заметит своего Учителя. Ведь Учитель приходит в самых неожиданных обличьях.
- Просто я столько раз представляла себе своего Учителя, что у меня сложился определенный образ, - робко сказала дама.
- Вот именно! И из-за этого я сегодня приходил к тебе шесть раз, а ты увидела меня только на седьмой. Ты все еще не открыта миру и не готова видеть Бога во всем сущем. А значит – и в себе. И если ты в себе сомневаешься, следовательно, не веришь сама в себя.
- Выходит, я как бы хочу, но не хочу? Зову, но отвергаю? Ищу, но не вижу? – догадалась дама.
- Выходит, так, - согласился старец. – Но я как-то помог тебе?
- Да, конечно! – горячо заговорила дама. – Но вот скажите, если Бог есть во всем сущем, значит, он есть и во мне?
- Разумеется, красавица, - с удовольствием подтвердил возникший ниоткуда давешний донжуан, сверкая рекламной улыбкой.
- И во мне? – задорно спросил подросток, держащий под мышкой не то книгу, не то скейтборд.
- Тогда и во мне, - авторитетно заявила старуха с болонкой.
- Ну, стало быть, того… и во мне, - смущенно признался бомж.
- А уж во мне-то! – огладила крутые бедра развратная девица.
- То есть я – это все вы? А вы – это я? И все мы – одно и то же? – уточнила дама.
- Именно так! – поднял палец вверх старец. – Во всем присутствует Творец. И понимание этого – и есть Высшая Мудрость.
- Гав! – поставила точку счастливая дворняга. И от полноты чувств напустила лужицу. Ведь она тоже была Богом, а Богу – можно!

Эльфика