Старый Мозе довольно долго размышлял над тем, что ему делать с существом, а потом еще какое-то время набирался храбрости, хотя многие, не задумываясь, признали бы, что храбрости у него было хоть отбавляй. Но тут нужна была храбрость безрассудная. Мозе приблизился к раненому существу и опустился рядом с ним на колени. Хотя смотреть на существо было тяжко, в его отталкивающем безобразии таилось какое-то неизъяснимое обаяние — словно оно притягивало н себе именно потому, что было настолько. отвратительно. И от него исходило совершенно ужасное, ни с чем не сравнимое зловоние.

Однако Мозе не был неженной. С тех пор как около десяти лет назад умерла его жена, он жил в полном одиночестве на своей запущенной ферме, и его методы ведения хозяйства служили пищей для злословия окрестных кумушек. Раз в год, если у него доходили руки, он выгребал из дома груды мусора, но остальное время ни и чему не притрагивался.

Поэтому исходивший от существа запах смутил его меньше, чем того можно было ожидать. Но зато Мозе смутил вид существа, и он не сразу решился прикоснуться к нему, а когда, собравшись наконец с духом, сделал это, то очень удивился. Он ожидал, что существо окажется либо холодным, либо скользким, а может быть, и тем и другим одновременно. Но ошибся. Оно было на ощупь теплым, твердым и чистым — Мозе словно прикоснулся к зеленому стеблю кукурузы.

Просунув под раненого руку, он осторожно вытащил его из зарослей орешника и перевернул на спину, чтобы взглянуть иа его лицо. Лица у него не было. Верхняя часть туловища кончалась утолщением, как стебель цветком, хотя тело существа вовсе не было стеблем, а вокруг этого утолщения росла бахрома щупалец, которые извивались, точно черви в консервной банке. И тут-то Мозе чуть было не повернулся и не бросился бежать.

Но он выдержал.

Страх сковал его н вызвал приступ тошноты, а когда ему почудилось, что жалобный вой издают черви, стадо еще страшнее.

Мозе был упрям. Только упрямый человек мог тянуть такую жалкую ферму. Упрямый и ко многому равнодушный. Но, конечно, не к страдающему живому существу.

Наконец, пересилив себя, он поднял существо на руки, и в этом не было ничего особенного, потому что оно весило мало. Меньше, чем трехмесячный поросенок, прикинул Мозе.

С существом на руках он стал взбираться по лесной тропинке наверх, и дому, и ему показалось, что запах стал слабее.

Существо теперь несколько успокоилось и выло значительно тише. И хотя Мозе не был в этом уверен, иногда ему казалось, будто оно прижимается н нему, как прижигается и взрослому испуганный и голодный ребенок. Старый Мозе вышел к постройкам и немного постоял во дворе. соображая, куда ему отнести существо — в дом или в сарай. Ясно, что сарай был самым подходящим для него местом, ведь существо не было человеком — даже в собаке, или кошке, или больном ягненке было больше человеческого, чем в нем.

Однако колебался Мозе недолго. Он внес его в дом и положил в кухне около плиты на то подобие ложа, которое он называл кроватью. Он аккуратно и бережно распрямил существо, накрыл его грязным одеялом и, подойдя и плите, принялся раздувать огонь.

Потом он придвинул к кровати стул и стал пристально, с глубоким интересом разглядывать свою находку. Существо уже почти совсем утихло и казалось гораздо спокойнее, чем в лесу. Мозе с такой нежностью подоткнул его со всех сторон одеялом, что и сам удивился. Ему захотелось узнать, какие из его припасов годились бы существу в пищу. Но если бы он и знал это, то все равно не смог бы покормить существо, таи как у того, видимо, не было рта.
— Но тебе не о чем беспокоиться,— сказал он.— Раз уж я принес тебя в дом, все будет в порядке. Хоть я и не больно-то в этом разбираюсь, но все, что мне по силам, я для тебя сделаю.

День уже клонился к вечеру, и, выглянув в окно, Мозе увидел, что коровы, которых он давеча искал, вернулись домой сами.
— Мне нужно подоить коров и еще кое-что сделать по хозяйству,— сказал он существу, лежавшему на кровати,— но это недолго. Я скоро приду.

Старый Мозе подбросил в плиту дрова, чтобы в кухне было тепло, еще раз заботливо подоткнул одеяло, взял ведра для молока и пошел в сарай.

Он покормил овец, свиней и лошадей и подоил коров. Собрал яйца и запер курятник. Накачал бак воды.

Потом он вернулся в дом.

Мозе взглянул на лежавшее в постели существо. Судя по его виду, оно вроде бы находилось в прежнем состоянии. Будь это больной ягненок или теленок, Мозе сразу смекнул бы, хуже ему или лучше, но это существо было совсем иным. Тут он был бессилен.

Он приготовил себе немудреный ужин, поел и опять задумался над тем, как бы покормить существо. И как ему помочь? Он принес его в дом, согрел его, но это ли было нужно такому существу, или следовало сделать для него что-то другое? Он не знал.

Мозе подумал было, не обратиться ли и кому-нибудь за помощью, но от одной мысли, что придется просить о помощи, даже не зная, в чем она должна заключаться, ему стало тошно. Потом он представил себе, каково было бы ему самому, если бы, измученный и больной, он очутился в неведомом, далеком краю и никто не мог бы ему помочь из-за того, что там не знали бы, что он такое.

Это заставило его наконец решиться, и он отправился н телефону. Но кого ему следует вы­звать — доктора или ветеринара? Он остановился на докторе, потому что существо находилось в доме. Если бы оно лежало в сарае, Мозе позвонил бы ветеринару.

Это была местная телефонная линия, и слышимость никуда не годилась, а поскольку к тому же сам Мозе был глуховат, он пользовался телефоном довольно редко. Временами он говорил себе, что телефон не лучше других новшеств, которые только портят людям жизнь, и десятин раз грозился выбросить его. Но теперь он был рад, что не сделал этого.

Телефонистка соединила его с доктором Бенсоном, и оба они не очень-то хорошо слышали друг друга, но в результате Мозе все-таки удалось объяснить доктору, кто звонит и что ему нужна его помощь, и доктор обещал приехать.

С некоторым облегчением Мозе повесил трубку и постоял немного просто так, ничего не делая, как вдруг его поразила мысль, что в лесу могут быть другие такие же существа. Он понятия не имел, кто они, что они могут здесь делать, куда держат путь, но было совершенно очевидно, что тот, на кровати, был каким-то чужестранцем, прибывшим из очень далеких мест. И разум подсказывал, что таких, как он, может быть несколько, ведь в дальней дороге одиноко и любой человек — или любое другое живое существо — предпочтет путешествовать в компании.

Мозе снял с крючка фонарь и, тяжело ступая, вышел за дверь. Он спустился по тропинке к лесу. Продираясь сквозь кустарник и высоко подняв фонарь, чтобы осветить площадь побольше, Мозе осмотрел то место, где нашел существо, но там никого не оказалось.

Однако он нашел кое-что другое — нечто вроде огромной птичьей клетки, сплетенной из толстых металлических прутьев. Клетка запуталась в густом кусте орешника. Он попытался вытащить ее, но она не сдвинулась с места.

Он оглянулся, чтобы посмотреть, откуда она попала сюда. Ему удалось разглядеть наверху сломанные ветви деревьев, а над ними в вышине холодно сияли звезды.

Мозе ни на минуту не усомнился в том, что существо, лежавшее сейчас на его постели около плиты, явилось сюда в этом невиданном плетеном сооружении. Он немного подивился, но не стал особенно вдумываться, ведь вся эта история казалась настолько сверхъестественной, что он сознавал, мак мало у него выло шансов найти ей какое-нибудь разумное объяснение.

Он пошел назад и дому и едва успел задуть фонарь и повесить его на место, как послышался шум подъезжающей машины.

Когда доктор подошел к двери, он несколько рассердился, увидев стоящего на пороге старого Мозе.
— Вы что-то не похожи на больного,— сварливо произнес он.
— А я и не болен,— сказал Иозе.
— Тогда зачем вы мне позвонили?
— У меня в доме кое-кто заболел,— ответил Мозе.— Надеюсь, вы сумеете помочь ему. Я бы сам попробовал, да не знаю как.
Доктор вошел, и Мозе закрыл за ним дверь.
— У вас тут что-нибудь протухло? — спросил доктор.
— Нет, это оно так воняет. Сперва было совсем худо, но теперь я уже немного привык.

Доктор заметил на кровати существо и направился к нему. Старый Мозе услышал, как доктор словно бы захлебнулся, и увидел, что он, напряженно вытянувшись, замер на месте. Потом доктор нагнулся и стал внимательно разглядывать лежавшее перед ним существо.

Наконец он выпрямился и повернулся к Мозе. Видимо, только безграничное изумление помешало ему в тот момент окончательно выйти из себя.
— Мозе! — взвизгнул он,— Что это такое?
— Сам не знаю,— сказал Мозе.— Я нашел его в лесу, ему было плохо, оно стонало, и я не смог его там оставить.
— Вы считаете, что оно болеет?
— Я знаю это,— сказал Мозе.— Ему немедленно нужно помочь. Боюсь, что оно умирает.
Доктор снова повернулся к кровати, откинул одеяло и пошел за лампой. Он оглядел существо со всех сторон, боязливо потыкал его пальцем и издал языком тот таинственный щелкающий звук, который умеют делать одни лишь доктора.
Потом он снова прикрыл существо одеялом и отнес на стоя лампу.
— Мозе,— произнес он,— я ничего не могу для него сделать.
— Но ведь вы же доктор!
— Я лечу людей, Мозе. Мне неизвестно, что это за существо, но это не человек. Я даже приблизительно не могу определить, что с ним. А если бы мне все-таки удалось поставить диагноз, я не знал бы, как его лечить, не причиняя вреда. Я даже не уверен, что это — животное. Многое говорит за то, что это — растение.

Потом доктор спросил Мозе, как он нашел существо, и Мозе объяснил. Но он ни словом не обмолвился про клетку, потому что сама мысль о ней казалась настолько фантастической, что у не­го просто язык не повернулся рассказать о ней. Достаточно скверно, что он вообще нашел это существо и принес его в дом.
— Вот что я вам скажу,— произнес доктор.— Это ваше существо не известно ни одной из земных наук. Сомневаюсь, видели ли когда-нибудь на Земле что-либо подобное. Лично я не знаю, что оно из себя представляет, и не собираюсь ломать себе над этим голову. На вашем месте я связался бы с Мэдисонским университетом. Может, там кто-нибудь и сообразит, что это такое. В любом случае им будет интересно ознакомиться с ним. Они непременно захотят его исследовать.

Мозе подошел к буфету, достал коробку из-под сигар, почти доверху наполненную серебряными долларами, и расплатился с доктором. Добродушно подшучивая над его эксцентричностью, доктор опустил монеты в карман.

Мозе с редким упрямством держался за свои серебряные доллары.
— В бумажных деньгах есть что-то незаконное,— говорил он.— Мне нравится трогать серебро и слушать, как оно позвякивает. В нем чувствуется сила.

После ухода доктора Мозе пододвинул к кровати стул и сел.

Он смотрел на лежавшее в постели существо, и в нем внезапно вспыхнула почти безумная надежда на то, что оно выздоровеет и будет жить с ним. Теперь, когда его клетка так покорежена, ему, быть может, волей-неволей придется остаться. И Мозе надеялся, что так оно и будет, ведь уже теперь в доме не чувствовалось прежнего одиночества.

Сидя на стуле между плитой и кроватью, Мозе вдруг понял, как здесь раньше было одиноко. Пока не умер Тоусер, было еще не так плохо. Он попробовал заставить себя взять другую собаку, но не смог. Потому что не было на свете собаки, которая могла бы заменить Тоусера, и даже сама попытка найти другого пса казалась ему предательством. Он, конечно, мог бы взять кошку, но тогда он стал бы слишком часто вспоминать жену; она очень любила этих животных, и до самой ее смерти в доме всегда путались под ногами две-три кошки.

С тех пор он остался один. Один на один со своей фермой, своим упрямством и серебряными долларами. Доктор, как и все остальные, считал, что, кроме как в стоявшей в буфете коробке из-под сигар, у Мозе больше серебра не было. Но ни одна живая душа не знала о существовании старого железного котелка, доверху набитого монетами, который он спрятал под досками пола в гостиной. Мозе много бы отдал, чтобы посмотреть на лица соседей, если бы им удалось это пронюхать.

В конце концов старый Мозе так и заснул, сидя на стуле, с опущенным на грудь подбородком.

Когда он проснулся, в предрассветном мраке слабо мерцала на столе лампа, догорали в плите дрова, а пришелец был мертв.

Его смерть не вызывала сомнений. Существо похолодело и вытянулось, а поверхность его тела стала жесткой и уже начинала высыхать — так с концом роста засыхает под ветром в поле стебель кукурузы.

Мозе прикрыл его одеялом и, хотя было еще рано начинать обычную работу по ферме, вышел и стал работать при свете фонаря.

После завтрака он согрел воды, умылся и побрился — впервые за много лет он брился не в воскресенье. Потом он надел свой единственный приличный костюм, пригладил волосы, вывел из гаража старый полуразвалившийся автомобиль и поехал в город.

Он отыскал Эба Деинисона, городского клерка, который был одновременно секретарем кладбищенской ассоциации.
— Эб,— сказал Мозе,— я хочу купить участок земли на кладбище.
— Но у вас же есть участок,— запротестовал Эб.
— Так то семейный участок,— возразил Мозе.— Там хватит места только длят меня и Молли.
— А зачем же вам еще один? — спросил Эб.
— Я нашел кое-кого в лесу,— сказал Мозе.— Я принес его домой, и прошлой ночью он умер. Я хочу похоронить его.
— Если вы нашли а лесу покойника, вам надо бы сообщить об этом следователю или шерифу,— предостерег Эб.

Купив участок, Мозе отправился в похоронное бюро Альберта Джонса.
— Эл,— сказал он,— мой дом посетила смерть. Покойник не из здешних мест, я нашел его в лесу. Не похоже, чтобы у него были родственники, и я должен позаботиться о похоронах.
— А у вас есть свидетельство о смерти? — спро­сил Эл.
— Нет, у меня нет его.
— Вы обращались к врачу?
— Прошлой ночью заезжал док Бенсон.
— Он должен был выдать вам свидетельство. Придется ему позвонить.
Он соединился с доктором Бенсоном и, потолковав с ним немного, стая красный как рак. Наконец он раздраженно хлопнул трубкой и повернулся к Мозе.
— Мне неизвестно, что вы там пытаетесь провернуть,— кипя от злости, набросился он на Мо­зе,— но док говорит, что этот ваш покойник вовсе не человек. Я не занимаюсь погребением кошек, или собак, или...
— Это не кошка и не собака.
— Плевать я хотел на то, что это такое. Для того, чтобы я взялся за устройство похорон, мне нужен человек.

Мозе вышел из похоронного бюро и медленно заковылял на холм, где стояла единственная в городе церковь.
Он нашел пастора в кабинете.
— Пастор,— произнес Мозе,— я хочу рассказать вам все, как было, с начала до конца.— И он рассказал.— Я не знаю, что то за существо,— добавил он.— Сдается мне, что этого не знает никто. Но оно скончалось, и его нужно похоронить честь по чести, а у меня с этим ничего не получается. Мне нельзя похоронить его на кладбище, и придется, видно, подыскать для него местечко на ферме. Вот я и думаю, не согласились бы вы приехать, чтобы сказать пару слов над могилой?

Пастор погрузился в глубокое размышление.
— Мне очень жаль, Мозе,— произнес наконец он.— Думаю, что это невозможно. Я далеко не уверен в том, что церковь одобрит подобный поступок.
— Пусть это не человеческое существо,— сказал старый Мозе,— но ведь оно тоже тварь божья.
Пастор еще немного подумал и даже высказал кое-какие соображения вслух, но в результате все-таки пришел к выводу, что не может этого сделать.

Мозе спустился по улице к тому месту, где он оставил свою машину, и поехал домой, по дороге размышляя о том, какие же попадаются среди людей скоты.

Вернувшись на ферму, он взял кирку и лопату, вышел в сад и там в углу вырыл могилу. Потом он отправился в гараж за досками, чтобы сколотить для существа гроб, но оказалось, что последние доски он уже употребил на починку свинарника.

Мозе вернулся в дом, и в поисках простыни, которую за неимением гроба он хотел использовать вместо савана, перерыл комод, стоявший в одной из задних, уже много лет пустующих комнат. Простыни он не нашел, но зато обнаружил старую белую льняную скатерть. Он решил, что сойдет и это, и отнес ее на кухню.

Мозе откинул одеяло, взглянул на мертвое существо, и у него словно комок подкатил к горлу: он представил, в каком тот умер одиночестве и в какой дали от родины, и в его последний час рядом с ним не было ни одного подобного ему существа. И оно было совершенно голым, ни клочка одежды, ни вещей, ничего, что оно могло бы оставить после себя на память.

Он расстелил скатерть на полу возле кровати, поднял существо на руки, положил на нее. И как раз тогда он заметил на его теле карман — если это было карманом — нечто вроде щели с клапаном в самом центре той части тела, которая могла быть его грудью. Он провел сверху рукой по карману. В нем прощупывалось что-то твердое. Он долго сидел, скорчившись, около трупа, не зная, как ему быть.

Наконец он просунул в щель пальцы и вытащил находившийся в кармане предмет. Это был шарик, чуть побольше теннисного мяма, сделанный из дымчатого стекла или из какого-то похожего на стекло материала. Сидя на корточках, он долго глядел на этот шарик, потом встал и пошел к окну, чтобы получше рассмотреть его.

В шарике не было ничего особенного. Это был обыкновенный шарик из дымчатого стекла, на ощупь такой же шершавый и мертвый, как само тело существа.

Мозе покачал головой и положил шарик туда, где нашел его. Он вынес мертвое существо в сад и опустил в яму. Торжественно став в головах у могилы, он произнес несколько приличествующих случаю слов и закидал могилу землей.

Сперва он собирался насыпать над могилой холмик и поставить крест, но в последнюю минуту передумал. Ведь теперь поналезут любопытные. Молва облетит всю округу, и эти типы будут приезжать сюда и искать могилу, в которой он похоронил найденное им в лесу существо.

Уже перевалило за полдень, и он проголодался, но не стал прерывать работу, потому что еще не все сделал. Он отправился на луг, поймал Бесс, запряг ее в телегу и спустился в лес.

Он привязал Бесс к застрявшей в кустах клетке, и лошадь вытащила ее оттуда наилучшим образом. Потом Мозе погрузил клетку на телегу, привез на холм, затащил в гараж и спрятал в самом дальнем его углу около горна.

Покончив с этим, он впряг Бесс в плуг и перепахал весь сад. Теперь никому не удалось бы обнаружить место, где он вырыл могилу.

Как раз тогда, когда он уже кончая пахать, подкатила машина и из нее вылез шериф Дойли. Шериф был человеком весьма сладкоречивым, но не из тех, кто любит тянуть волынку. Он сразу приступил к делу.
— Я слышал,— сказал он,— что вы нашли кое-что в лесу.
— Так оно и есть,— согласился Мозе.
— Говорят, что будто бы это существо умерло в вашем доме.
— Шериф, вы не ослышались.
— Мозе, мне хотелось бы взглянуть на него.
— Ничего не выйдет. Я похоронил его. И не скажу где.
— Мозе,— сказал шериф,— мне не хочется причинять вам неприятности, но вы нарушили закон. Нельзя же подбирать в лесу людей и без всякого закалывать их, когда им вдруг вздумается умереть в вашем доме.
— Вы говорили с доком Бенсоном? Шериф кивнул.
— Он сказал, что ничего подобного никогда раньше не видел. Что это был не человек. А раз так, мне кажется, что вам тут делать нечего. Если это был не человек, значит, не совершено никакого преступления против личности. А если существо никому не принадлежало, здесь нет и преступления против собственности. Ведь никто пока что не заявлял на него свои права, верно?
Шериф поскреб подбородок.
— Никто. Может, это к так. А где это вы изучали законы?
— Я никогда не изучал никаких законов. Я вообще никогда ничего не изучал. Я просто здраво рассуждаю.
— Док что-то толковал про ученых из университета — будто они могут захотеть взглянуть на него.
— Ну и что, шериф,— сказал Мозе.— Это существо откуда-то явилось сюда и умерло. Не знаю, откуда оно пришло и что это было такое, да и знать не желаю. Для меня это было просто живое существо, которое очень нуждалось в помощи. Когда все вы отказались похоронить его как положено, я сам сделал все, что в моих силах. Больше мне сказать нечего.
— Ладно, Мозе,— произнес шериф,— пусть будет по-вашему.

Он повернулся и прошествовал обратно к машине. Стоя около запряженной в плуг старой Бесс, Моэе смотрел ему вслед. Пренебрегая правилами, шериф повел машину на большой скорости,— видно, он здброво рассердился.
Всю ночь напролет в доме было одиноко. На следующий день после полудня, когда Мозе пахал поле под кукурузу, приехал репортер и, дойдя рядом со стариком до конца борозды, завел разговор. Мозе не очень-то понравился этот репортер. Поэтому Мозе прикусил язык и мало что сказал ему.

Через несколько дней появился какой-то человек из университета и показал Мозе статью, которую написал репортер, вернувшись с фермы. Статья высмеивала Мозе.
— Я очень сожалею,— сказал профессор.— Эти газетчики — народ безответственный. Я бы не стал слишком принимать и сердцу то, что они пишут.
— А мне все равно,— сказал Мозе.
Человек из университета забросал его вопросами и особо подчеркнул, как для него важно взглянуть на то, что осталось от существа.
Но Мозе только покачал головой.
— Оно покоится в мире,— сказал он.— Я не потревожу его.

И человек, негодуя, впрочем, вполне сохраняя достоинство, удалился.

В течение нескольких дней мимо проезжали какие-то люди, любопытные бездельники заглядывали на ферму, появился и кое-кто из соседей, которых Мозе не видел уже несколько месяцев. Но разговор у него был со всеми короткий, так что вскоре они оставили его в покое, и он продолжал обрабатывать свою землю, а в доме по-прежнему было одиноко.

Однажды, работая в саду, он обнаружил, что над могилой из земли показалось какое-то растение. Оно выглядело очень странно, и первым побуждением Мозе было вырвать его.

Однако он передумал, потому что растение заинтересовало его. Он никогда ничего похожего не видел и решил дать ему хотя бы немного подрасти и посмотреть, что это такое. Это было плотное мясистое растение с толстыми темно-зелеными закрученными листьями.

Жизнь на ферме шла своим чередом; приостановилась работа на кукурузном поле, и начался покос, а в саду тем временем продолжало расти неведомое растение, которое теперь начало принимать определенную форму. Старый Мозе не поверил своим глазам, обнаружив однажды, какие оно принимает очертания, и простаивал долгие вечерние часы в саду, разглядывая растение и спрашивая себя, не выживает ли он из ума от одиночества.

В одно прекрасное утро он увидел, что растение ждет его у двери. Ему, конечно, полагалось бы удивиться, на самом же деле этого не произошло, потому что он жил рядом с растением, вечерами смотрел на него, и, хотя он даже самому себе не осмеливался признаться, в глубине души он сознавал, что это было такое.

Ведь перед ним стояло существо, которое он нашел в лесу, молодое и полное жизни.

Все же оно было не совсем таким, как прежде. Мозе стоял, всматриваясь в существо, и видел те едва уловимые новые черты, которые можно было бы объяснить разницей между стариком и юношей либо между отцом и сыном.
— Доброе утро,— сказал Мозе, не чувствуя ничего необычного в том, что он заговорил с ним.— Я рад, что ты вернулся.

Стоявшее во дворе существо не ответило ему. Но это не имело никакого значения: Мозе и не ждал, что оно отзовется. Значение имело только то, что ему теперь было с кем разговаривать.
— Я ухожу, мне нужно сделать кое-что по хозяйству,— сказал Мозе.— Если хочешь, пойдем вместе.
Оно побрело за ним по пятам, наблюдая, как он хозяйничает, и Мозе беседовал с ним, что было несравненно приятнее, чем беседовать с самим собой.

За завтраком он поставил ему отдельную тарелку и пододвинул к столу еще один стул, но оказалось, что существо не могло воспользоваться стулом, так как его тело не сгибалось.

И оно не ело. Сперва это огорчило Мозе, ибо он был гостеприимным хозяином, но потом он решил, что такой рослый и сильный юнец соображает достаточно, чтобы самому позаботиться о себе, и что ему, Мозе, видимо, не стоит особенно беспокоиться об удовлетворении жизненных потребностей существа.

После завтрака они с существом вышли в сад. Как того и следовало ожидать, растения там уже не было. На земле лежала лишь опавшая, сморщенная оболочка, тот внешний покров, что служил стоявшему рядом с ним существу колыбелью.

Оттуда он отправился в гараж, и существо, увидев клетку, стремительно бросилось к ней. Потом оно повернулось к Мозе и словно бы сделало умоляющий жест.

Мозе подошел и клетке, взялся рунами за один из погнутых прутьев, а существо, стоявшее рядом, тоже схватило щупальцами этот же прут, и они вместе начали распрямлять его. Но безуспешно. Им, правда, удалось чуточку разогнуть его, но этого было недостаточно, чтобы вернуть пруту первоначальную форму.

Они стояли и смотрели друг на друга, хотя слово «смотрели» вряд ли подходило для этого случая, поскольку у существа не было глаз и смотреть ему было нечем. Оно как-то непонятно двигало конечностями, и Мозе никак не мог уразуметь, что ему нужно. Потом существо легло на пол и показало ему, как прутья клетки прикреплялись к ее основанию.

Через некоторое время Мозе сообразил, как действует механизм крепления, но объяснить, почему он действует именно таким образом, он бы не смог.

Вначале нужно было нажать на прут с определенной силой, прикладывая ее под точно определенным углом, и прут слегка поддавался. Затем следовало снова нажать на него, опять-таки прикладывая строго определенное количество силы под другим углом, и прут поддавался еще немного. Это делалось трижды, и в результате прут отсоединялся от клетки, хотя, видит бог, ничем нельзя было объяснить, почему это так получается.

Мозе развел в горне огонь, подбросил угля и принялся раздувать огонь мехами, а существо неотрывно следило за его действиями. Но когда он взял прут, собираясь сунуть его в огонь, существо стало между ним и горном и не подпустило к огню. Тогда Мозе понял, что ему нельзя было — или не полагалось — нагревать прут перед тем, как распрямить его, и он, не задумываясь, принял это как должное. Ведь существо наверняка лучше знает, как это следует делать, сказал он себе.

И, обойдясь без огня, он отнес холодный прут на наковальню и начал выпрямлять его ударами молота, а существо в это время пыталось показать ему, какую нужно придать пруту форму. Эта работа заняла довольно много времени, но в результате прут был распрямлен именно так, как того желало существо.

Мозе казалось, что им придется здорово повозиться, пока они вставят прут обратно, но он мгновенно скользнул на место. Потом они вытащили другой прут, и теперь дело пошло быстрее, потому что у Мозе уже появилась сноровка.

Потребовалось полных четыре дня, чтобы распрямить молотом прутья клетки, и все это время трава оставалась некошеной.

Однако Мозе нисколько не тревожился. У него теперь было с кем поговорить, и его дом покинуло одиночество.

Когда они вставили прутья на место, существо проскользнуло в клетку и занялось какой-то ди­ковинной штукой, прикрепленной к потолку, которая своим видом напоминала корзинку. Наблюдая за ним, Мозе решил, что корзинка была чем-то вроде панели управления.

Существо явно расстроилось. Разыскивая что-то, оно обошло весь гараж, но, как видно, его поиски не увенчались успехом. Оно вернулось к Мозе, и в его жестах опять были отчаяние и мольба. Мозе показал ему железо и сталь; порывшись в картонке, где он держал гвозди, зажимы, втулки и прочий хлам, он извлек из нее кусочки латуни, меди и даже алюминия, но существу нужно было не это.

И Мозе обрадовался — ему было немного стыдно за это чувство, но тем не менее он обрадовался. Потому что ему было ясно, что, когда клет­ка будет исправлена, существо покинет его. По своей натуре он просто не мог помешать существу чинить клетку или отказать ему в помощи.

Но сейчас, когда оказалось, что, видимо, починить клетку невозможно, он почувствовал, что очень этому рад.

Теперь существу придется остаться с ним, и ему будет с кем разговаривать, а в его доме больше не станет так одиноко. Как было бы чудесно, подумал он, снова иметь кого-то рядом. А это суще­ство было почти таким же хорошим товарищем, как Тоусер.

На следующее утро, когда Мозе готовил завтрак, он потянулся на верхнюю полку буфета за овсянкой, задел руной коробку из-под сигар, и она по­летела на пол. Коробка упала набок, крышка раскрылась, и доллары раскатились по всей кухне.

Уголком глаза Мозе заметил, как существо кинулось за одним из них в погоню. Схватив монету и не выпуская ее, оно повернулось к Мозе, и из клубка червей на его макушке послышалось какое-то дребезжание.

Оно нагнулось, сгребло еще несколько монет и, прижав их к себе, исполнило нечто вроде джиги, и сердце Мозе упало, когда до него вдруг дошло, что существо настойчиво искало именно серебро.

И Мозе опустился на четвереньки и помог существу собрать остальные доллары. Они сложили их обратно в коробку из-под сигар, и Мозе, взяв коробку, отдал ее существу.

Оно приняло коробку, высыпало из нее доллары на стол и разложило их аккуратно столбиками;

Мозе видел, что оно было глубоко разочаровано.

Существо явно давало понять, что ему нужны еще монеты. Вот столько столбиков, показало оно, и каждый столбик должен быть вот такой высоты.

Мозе словно громом сразило. Он подумал о тех остальных долларах, которыми был набит железный котелок, спрятанный под полом в гостиной,— это единственное, что у него оставалось, если не считать существа. И если он отдаст доллары, существо получит возможность починить клетку и тоже покинет его.
— Уж это я никак не могу для тебя сделать,— сказал старый Мозе.— Я ведь сделал все, что только может ожидать одно живое существо от другого, кем бы оно ни было. Я нашел тебя в лесу, согрел тебя и дал тебе кров. Я старался помочь тебе, а когда у меня с этим ничего не получилось, я по крайней мере защитил тебя от всех этих лю­дей, и я не вырвал тебя, когда ты вновь начал расти. Неужели ты ждешь, что я буду делать тебе добро вечно?

Но это ни к чему не привело.

Мозе встал из-за стола и пошел в гостиную, а существо двинулось следом за ним. Мозе поднял доски, вытащил котелок, и существо, увидев его содержимое, обрадовалось.

Они отнесли монеты в гараж, и Мозе, раздув в горне огонь, поставил на него котелок и начал плавить эти с таким трудом накопленные деньги.

Временами ему казалось, что он не в состоянии довести эту работу до конца, но он все-таки справился с ней.

Существо вынуло из клетки корзинку, поставило ее рядом с горном, зачерпнуло железным ковшиком расплавленное серебро и стало лить его в ячейки корзинки, осторожно придавая серебру молотком нужную форму.

На это ушло много времени, потому что работа требовала большой точности, но в конце концов все было сделано, а серебра почти не осталось. Существо внесло корзинку в клетку и укрепило ее на место.

Уже вечерело, и Мозе пришлось уйти, чтобы заняться кое-какими хозяйственными делами. Он был почти уверен, что существо вытащит из гаража клетку и что, когда он вернется домой, он его уже там не застанет. И Мозе старался разжечь в себе чувство обиды за его эгоизм — ведь существо только брало, не думая ничем отплатить ему и, насколько он мог судить, даже не пытаясь поблагодарить его. Но, несмотря на все свои усилия, он так и не обиделся.

Выйдя из сарая с двумя ведрами молока, он увидел, что существо ждет его. Оно последовало за ним в дом и все время держалось поблизости, и Мозе пытался беседовать с ним. Но душа его не лежала к разговору. Он ни на минуту не мог забыть, что существо уйдет от него, и радость общения с ним была отравлена ужасом перед грядущим одиночеством.

В эту ночь, когда он лежал в постели, на него нахлынули удивительные мысли: он представил себе другое одиночество, еще более страшное, чем то, которое он когда-либо знавал на этой заброшенной ферме: ужасное, беспощадное одиночество межзвездных пустынь, мятущееся одиночество того, кто ищет во вселенной какое-то место или живое существо, и хотя их туманные образы лишь едва вырисовываются в сознании, он обязательно найдет то, к чему стремится, и это самое важное.

Никогда ему не приходили в голову такие странные мысли, и внезапно он понял, что это вовсе не его мысли, а того, другого, что был с ним рядом в комнате.

Напрягая всю свою волю, он попытался встать, но не смог. На мгновение он приподнял голову, но тут же уронил ее обратно на подушку и крепко заснул.

На следующее утро, когда Мозе позавтракал, оба они пошли в гараж и вытащили во двор клетку. И это таинственное неземное сооружение стояло там в холодном и ярком свете зари. Существо подошло к клетке и начало было протискиваться между двумя прутьями, но, остановившись на полпути, вылезло обратно и подошло к старому Мозе.
— Прощай, друг,— сказал Мозе.— Я буду скучать по тебе.

У него как-то странно защипало глаза. Существо протянуло ему конечность, и, хватив ее, Мозе почувствовал, что в ней был зажат какой-то предмет, нечто круглое и гладкое, перешедшее теперь в руку Мозе.

Быстро подойдя к клетке, существо проскользнуло между прутьями. Оно потянулось к корзинке, внезапно что-то вспыхнуло, и клетка исчезла.

Мозе одиноко стоял на заднем дворе, уставившись на место, где уже не было клетки, и вспоминая, что он чувствовал или думал — или слышал — прошлой ночью, лежа в постели.
Должно быть, существо уже там, в черном, безысходном одиночестве межзвездных далей, где оно снова ищет какое-то место, или вещь, или живое существо, которое не дано постичь человеческому разуму.

Мозе медленно повернулся, чтобы захватить из дому ведра и пойти обратно в сарай доить коров.

Тут он вспомнил о предмете, который держал в руке. И поднял к лицу все еще крепко стиснутый кулак. Он разомкнул пальцы — на его ладони лежал маленький дымчатый шарик, точно такой же, как тот, что он нашел в складке-кармане похороненного им в саду существа. С той только разницей, что первый шарик был мертвым и матовым, а в этом мерцал живой отблеск далекого огня.

Глядя на него, Мозе ощутил в душе такое необыкновенное счастье и покой, какие ему редко случалось испытывать раньше — словно его окружало множество людей и все они были друзьями.

Он прикрыл шарик рукой, а счастье не уходило—и это было совершенно непонятно, ведь ничем нельзя было объяснить, почему он счастлив. Существо в конце концов покинуло его, все его деньги пропали, и у него не была друзей, но, несмотря ни на что, ему было хорошо и радостно.
О
н положил шарик в карман и проворно зашагал к дому за ведрами для молока. Сложив трубочкой заросшие щетиной губы, он принялся насвистывать, и надо сказать, что уже давным-давно у него даже в мыслях не было посвистеть.

Может быть, он счастлив потому, подумал он, что, прежде чем исчезнуть, существо все-таки остановилось, чтобы пожать ему на прощание руку?

А что касается подарка, то каким бы он ни был чепуховым, основная ценность его заключалась в том простом чувстве, которое он пробудил. Прошло много лет с тех пор, как кто-либо удосужился сделать Мозе подарок.

В бесконечных глубинах вселенной было одиноко и мрачно без Спутника. Кто знает, когда еще удастся обрести другого?
Б
ыть может, он поступил неразумно, но старый дикарь был таким добрым, таким неловким, трогательным и так хотел помочь. А тот, чей путь далек и стремителен, должен путешествовать налегке. Ему больше нечего было дать.

Взаимопонимание. «Есть два мнения: мое и неправильное» – такая стратегия не для семейной жизни! Вам всегда нужно помнить, что рядом с вами совершенно другой человек со своими интересами, привычками и взглядами на жизнь. Внимательно прислушивайтесь к вашему любимому. В любом конфликте старайтесь посмотреть на ситуацию с противоположной стороны, (мужской) и тогда многие ненужные ссоры можно будет предотвратить!

Искусство компромисса. Женщины, увы, часто склонны упрямиться. Во время очередной ссоры задумайтесь: я хочу быть правой или счастливой? Если вы действительно обеспокоены вопросом, как сделать брак счастливым, то запомните: мудрая женщина всегда уступит и прислушается к мнению мужа. Если вы будете внимательны к интересам любимого, то и он станет чаще идти вам навстречу. Ставя мнение мужчины на первое место, вы получаете в вашу команду союзника, который обязательно отблагодарит вас теплым словом, любовью и повышенным вниманием.

Правильные ценности. Часто скандалы могут рождаться из-за незначительных мелочей: разбитая чашка, немытая посуда… Но разве стоит это того, чтобы сеять негатив в семье и обижаться на любимого человека? Всегда ставьте гармонию и счастье на первое место, будьте терпимее ко всему остальному. Любую ситуацию можно обсудить и прийти к общему решению, если оба партнера будут общаться не на языке претензий и взаимных обид, а с глубоким уважением и любовью.

Уважение. На первых порах знакомства влюбленные стараются показаться друг перед другом в выгодном свете; они очень вежливы и заботливы. Но спустя месяцы и годы совместной семейной жизни любимый человек становится как нечто само собой разумеющееся, и мы позволяем себе обращаться с ним не очень уважительно: где-то не выслушать, а где-то нагрубить или прикрикнуть. Что, конечно же, не очень-то правильно и, в конечном счете, медленно, но верно разрушает отношения. Не позволяйте себе привыкать друг к другу и раздражаться по мелочам, старайтесь каждый день видеть и находить достоинства и таланты вашего любимого, подчеркивая их вслух при любом удобном случае.

Главный секрет удачного брака — в несчастьях видеть случайности, а случайности не воспринимать как несчастья!
Сохраняйте свою индивидуальность. В рутине семейной жизни мы часто забываем о самих себе. Забрасываем увлечения, гонки по карьерной лестнице, друзей и, самое страшное, внешний вид. Когда центр мира женщины смещается в семью – это не самое приятное зрелище. Как сделать семью счастливой? Уж точно не своим круглосуточным присутствием в квартире! Никогда не забывайте о себе и не зацикливайтесь только на муже и детях. Оставайтесь красивой и ухоженной, проводите время с друзьями, читайте и развивайтесь! Всегда оставайтесь загадочной прекрасной дамой, которую когда-то полюбил ваш мужчина!

Ведение бюджета. Это всегда камень преткновения и активный предмет споров и ссор. Заранее договоритесь о распределении денег в семье. Кто сколько зарабатывает, как вы будете распределять ваши доходы: сколько вы откладываете на продукты, на отпуск, а сколько остается на развлечения. В бюджете обязательно должна быть статья под ваши личные расходы и приятные женские мелочи. Помните пункт 3 о правильных ценностях и приоритетах: не позволяйте себе устраивать ссоры и портить взаимные отношения из-за простых бумажек.

Досуг. Пары любят проводить вместе все свое свободное время, особенно это касается женщин. Но не стоит ограничивать свободу мужчины и его встречи с друзьями. Чаще отпускайте его отдохнуть отдельно от вас, и вы удивитесь, насколько изменится качество вашей семейной жизни! Дни, проводимые круглосуточно вместе, не ценятся и рано или поздно превращаются в рутину, усталость друг от друга, со временем перерастая в претензии и упреки… Как стать счастливой парой – проводите время вдали друг от друга! Как бы прекрасно вы ни дополняли друг друга, иногда это действительно необходимо! В период таких «выходных» вы не только успеете соскучиться, но и при встрече сможете обменяться новыми впечатлениями и интересными новостями.

Дружба. Лучшие семейные отношения строятся на крепкой дружбе. Когда вы принимаете друг друга такими, какие вы есть, то не боитесь поделиться с партнером никакими тайнами. Вы всегда знаете: что бы ни случилось, дома вас ждет родной человек, крепкое плечо, который поддержит вас в любой ситуации и всегда будет на вашей стороне. Согласитесь, нет ничего приятнее этого ощущения! Если ваши отношения еще далеки от таких, начните с себя и станьте сами таким верным другом вашему мужу! Учитесь внимательно слушать вашего супруга, без замечаний, упреков и оскорблений. Поощряйте все идеи и начинания, верьте в него и его правоту! Иногда это может быть очень сложно, но без этого полноценную крепкую семью и отношения построить практически невозможно.

Совместные планы. Убедитесь, что у вас с мужем общее видение картины вашей будущей жизни. Сядьте и поразмышляйте вместе о том, как сделать брак счастливым для вас обоих. Помечтайте о том, в какой стране и в каком доме вы хотите жить, сколько детей у вас будет, чем вы будете заниматься. Ставьте вместе большие амбициозные цели, которые будут вас сплачивать еще долгие-долгие годы.
Теперь вы знаете, как сделать отношения счастливыми. Как видите, семейная жизнь – это большой труд. Но, то необыкновенное счастье, которое вы получаете в итоге, стоит затраченных усилий! Будьте терпеливы и внимательны, и вы обязательно построите большую крепкую семью – семью вашей мечты!

22. В жизни всегда рассчитывай только на себя.
23. Верь не обещаниям, а своим ощущениям.
24. С женщинами, как и с детьми, будь терпеливым и немного снисходительным.
25. Жалей всех женщин — им сложней жить.
26. Если у тебя плохое настроение, подумай, что когда ты умрёшь, то у тебя и этого не будет.
27. Знай, что сегодняшний день — это самый лучший день твоей жизни.

Вы считаете, что женщины ничего не вкладывают. А вы хоть понимаете, сколько стоит женщине быть красивой! Задумывались о том, сколько стоит нормальное нижнее белье? Я даже не заикаюсь о шикарном, просто красивое! Вы когда-нибудь смотрели цены на косметику? Сколько стоит приличная тушь, пудра, флакон духов? Тени? Помада? Украшения? Вы орете о том, что женщины меркантильны, но ни одному не пришло в голову, что они уже вложили в свою красоту столько, что вам и не снилось! Поинтересуйтесь, сколько стоит в салоне покрасить волосы? Вы будете в шоке .

А маникюр? Педикюр? Косметолог? Вы знаете, сколько стоит хороший крем, от которого кожа такая гладкая? А шампунь, от которого волосы блестят?

И НЕ ГОВОРИТЕ, ЧТО ВАМ НЕ ВАЖНО, КАК ОНА ВЫГЛЯДИТ — ЭТО ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! Так вот с чего вдруг она, вложившая в себя столько денег и сил, должна дарить себя какому-то неудачнику, не способному даже в кино ее отвести? А многие из вас способны прокормить семью?

Чтобы она могла спокойно жить дома, вынашивая ВАШЕГО ребенка, и не помереть с голоду? Нет, это не меркантильность! Это нормальный инстинкт — оценивать мужчину по его возможностям. В конце концов, основная функция мужчины — добывать и уметь защитить, быть сильным.

Вы предлагаете секс без обязательств и, якобы, удовольствие? Очнитесь, мальчики! Вы-то получаете удовольствие практически всегда, а женщина — нет! Потому что вообще женщине сложно получить удовольствие с малознакомым мужчиной. Мы так устроены. Вы все считаете себя хорошими любовниками и думаете, что вас должны разбирать всех, включая убогих, страшных, безденежных, а главное, понятия не имеющих, что такое хоть чуть-чуть ухаживать?

А вы это заслужили?

Чтоб не утонуть в вычислениях, посчитаем, что карандаш для глаз стоит — как для бровей, помада — как тушь для ресниц, а увлажняющий крем под тональник — как сам тональник. И 104 рубля ушли только на макияж для одного свидания!

Чтобы приукраситься и почистить перышки к свиданию, женщина потратила всего 3 304 руб. Но и это еще не все! Она же потратила на сборы те три часа, когда могла бы работать (час — только на маникюр)! За три часа я могу написать текст заказчику и получить 3000 руб. Будем считать, что наша гипотетическая женщина тоже хороший сотрудник. Значит, она упустила 3000 рублей выгоды, собираясь на свидание. А всего на этой безнадежной затее утеряно 6 304 рубля.

ПОЧТИ ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ!

Тем временем ее спутник собирается на свидание. То есть он умылся. 150 руб мыло (пусть он будет пижон), расходуется за три месяца, 1 р 70 копеек он потратил на подготовку к свиданию. «Но он же за все платит! Он разоряется!» - заорут шовинисты. Да за что он там платит? Дама скромно берет чашку кофе и пирожное, на 1000 рублей. Маленькое пирожное, чтоб не поправиться — худеть нынче дорого.

Тем временем мужчина сидит напротив, трется о ее красоту своей самооценкой — смотрите, со мной принцесса на свидание пошла — а заодно страстно говорит о себе. О сомнениях, страхах, мыслях, детстве, ушедшей «стерве», начальнике-дураке, рассказывает дурацкие истории, а ещё и может напиться. Всем этим он экономит три тысячи на походе к психологу!

Итого:
• женщина потратила на свидание 6 304 руб, на 1000 съела — ее убыток составил 5 304 руб.
• мужчина потратил на свидание 1001 руб. 70 копеек, получил на 3000 услуг безотказных благожелательных ушей, то есть психолога. Его прибыль — 1998,3 рубля

Да после этого он на ней жениться должен, жениться, а не ныть, что она ему не дала.
Или, как минимум, финансово компенсировать, бездарно потраченное на унылого вообще-не-принца с его «глубоким внутренним миром» время! 5000 рублей за каждое неудачное свидание, хотя бы сделали их не такими горькими...

*из сметы исключены расходы на бритье — амортизация бритвы и расход пены — потому как женщина к свиданию побрила ноги и, скорее всего, интимные запчасти, то есть произошел взаимозачет. А ведь могла пойти на шугаринг и потерять в деньгах еще больше!

Я, конечно же, должна достаточно зарабатывать, чтобы обеспечивать себе отдельное жилье (потому что встречаться мы будем у меня, так удобнее), достойное существование и всех этих косметологов, парикмахеров и мастеров маникюра. Попадать в трудные ситуации и просить денег у мужчины нельзя никогда, потому что ты сразу меркантильная стерва, которая пытается поживиться за чужой счет.
...
Нужно носить шикарное кружевное белье круглосуточно, ведь неизвестно, в какой момент на мужчину нападет хочунчик, а "бабкины трусы" его, конечно же, не возбуждают и даже могут нанести психическую травму.

Непременно я должна хорошо готовить, потому что что ж я за баба такая, которая мужика накормить не может. Заказывать еду из ресторана при живой-то женщине? Наши деды так не делали, и нам нечего начинать.

У меня должно быть незаурядное чувство юмора, чтобы веселить и потешать, ибо скучная тетка никому не сдалась.

Очень важно, чтобы моя эмпатия была прокачана почти до уровня телепатии. По одному движению бровей я должна понимать, что мусик хочет водочки, вовремя ободрять, утешать, поддерживать, хвалить, воодушевлять или уйти в другую комнату, когда мужчина не в духе. Требовать того же в ответ неприемлемо, он же мужик и старый солдат, который не знает слов любви.

Вообще, чего бы то ни было требовать нельзя. Ни материальной, ни бытовой, ни эмоциональной помощи. Можно только скромно просить, предварительно накормив борщом и сделав глубокий минет, преданно глядя в глаза. И если минет был достаточно глубоким, мужчина может милостиво согласиться помочь. Но у него всегда есть право на отказ, потому что он не муж и не папа.

Упрекать нельзя. Это сразу расценивается как вынос мозга, что, как мы знаем, тягчайший из женских грехов, за который можно и по морде получить.

Цветы? Эти трупы невинно убиенных роз? Какое пошлое мещанство, дорогая! Забудь!

Еще я должна виртуозно владеть своим телом, любить все виды секса, особенно втроем вон с той моей симпатичной подружкой. ПМС и больная голова? Никогда! Возбуждаться нужно от одного мужского присутствия и не сметь симулировать оргазм, потому что он же бог секса, а ты просто фригидная, раз с ним не получаешь оргазм.

Ревновать запрещено. Он свободный мужчина и не моя собственность, с кем хочет, с тем и спит. Мне, кстати, с другими спать нельзя, я ж не шл*** какая, вдруг, болезнь какую нехорошую принесу на его драгоценную пипку.

Что еще? Я должна быть ласковой, нежной, но ненавязчивой. Не лезть со своими обнимашками и со своей любовью, не звонить ему пьяной ночью из клуба, не приезжать к нему без предупреждения, не хотеть замуж, не знакомить с мамой.

В общем, я должна быть принцессой.

Ок, ок, я согласна. И с упругой попой, и с эмпатией, и с нарядными трусами, и с борщами, и с оргазмами. Это все и так составляет мою жизнь.
Вот только ты-то, дорогой, что предлагаешь мне взамен?

ПИ****У!
Денис Байгужин

5) Send your scent

Exchange your perfumes or colognes so the other person can remember what you smell like

6) Read a book

Pick out a book with a subject you both like. Read at your own leisure and talk about it. It’s your very own private book club.

7) Send “Open When” letters

Write some encouraging notes for when the other may be feeling sad or lonely or stressed. This is the perfect pick-me-up when you guys aren’t together.

  Skype date

That’s what webcams, tablets, and smartphones are for.

9) Share a journal

Go back and forth and write different entries. Read what the other one wrote and either respond or expand to it. One day, this journal will make for amazing memories.

10) Send care packages

It’s a great way to spoil your loved ones with goodies. Personal tip: use the flat rate boxes from the post office to help save money.

11) Make a mixtape

There’s multiple ways to do this. Send them your youtube playlists of songs or download songs to a usb or mp3 player for them.

12) Play a game

Something like “Words with Friends” or other fun apps. The best part is it’s self-paced so you can guys can plan when you have time (which helps when you’re in different time zones)

RELATED: 60 LONG DISTANCE RELATIONSHIP QUOTES TO REMEMBER

13) Share recipes

Swap recipes with one another. They know what it’s supposed to taste like but you don’t. Test out the recipes and report back of what you thought. It’s as if you guys are “cooking” together.

14) Create a digital photo album together

A lot of sites at digital photo albums for you to click and drop photos into. Work on one together, and then order a hardcopy once it’s complete.

15) Get Healthy

A healthy couple is a happy couple. Apps like “my fitness pal” allows you to motivate and encourage others on their fitness and health goals. Choose a goal and then encourage your partner to meet theirs.

16) Play on Pinterest

Set up a joint Pinterest account and create boards like “future house”, “vacations”, “wedding ideas”. You can visualize what the other person’s dreams are for your relationship.

17) Get crafty

Both of you decide on some homemade to make and give to one another. It could be food or crafts or woodwork, anything. It’ll mean more since you know they made it with their own hands.

1  Watch YouTube & Vimeo together in sync!

You can use Sync-Video to u create a chat room in which you can watch YouTube or Vimeo videos with other people. Make a room private however, and use it for just you guys.

19) Listen to the news or music together

With online streaming, you guys can listen to the same station at the same time.

RELATED: 10 THINGS TO KNOW ABOUT LONG DISTANCE RELATIONSHIPS

20) Be “Naughty”

Just remember, the internet is forever.

21) Learn something

Take a free online class together and improve your skill in practically any subject nowadays. Another language? Crafting? Cooking?

22) GoPro the exciting and outrageous stuff

I had a friend who wore a GoPro when she went parasailing over the ocean. She shared the video with her long distance boyfriend and he thought it was awesome.

23) Add Color

They make coloring books for adults. You can color ½ a page or the whole pages and send it back and forth until it’s complete.

24) Meet the Family

Introduce your significant other to family members, friends, or pets. It may not be formal but your significant other should get to know the other important people in your life.

25) Send Long Distance Relationship Gifts

These are some cute gifts that I’ve found and will certainly make you significant other smile.

Remember this Every relationship requires quality communication, so you can understand why your partner or their family do certain things, and vice versa.Falling in love with someone from another culture or country has an extra dose of excitement because not only are you discovering another human, you’re discovering a whole new way of life. So Communicate with a person on live chat by through Skype is very Important, so that you can trust that person and go and meet that person personally as soon as possible.

Пригороды Сакраменто очень красивы. Я жила, в основном, в маленьком городке агломерации Сакраменто и наслаждалась этими зелёными холмами , разноцветным небом, домиками на холмах .
Сан-Франциско - это город мечты. Туда хочется вернуться. Город у океана, построенный на холмах. Дороги как американские горки. Вождение автомобиля кажется очень трудным , с ручной коробкой передач и вовсе невозможным. Прогулка по городу приравнивается к занятию в тренажерном зале. Тренировка ног и ягодичных мышц! Океан манит и завораживает. Хочется смотреть на него бесконечно, вглядываться вдаль, любоваться кораблями, наблюдать за альбатросами, умиляться морским львам. Вдоль набережной бесконечные кафешки. Очень вкусные морепродукты. Знаменитая калифорнийская шоколадная фабрика.
О мужчине... с мужчиной все хорошо. Мы продолжаем наше общение и планируем следующую встречу. Я в состоянии влюблённости и безмятежности и пока этим наслаждаюсь. Было интересно пожить в американской семье, увидеть и потрогать быт. Поэтому кроме достопримечательностей были супермаркеты, гипермаркеты, парки и скверы, площадки для выгула собак и даже банки и посещение дантиста...
Немного подвела погода, были дождливые дни что не характерно для апреля. Солнечная Калифорния отнеслась ко мне с недоверием и была капризна, но все же порадовала золотыми деньками. Ну а в дождливые дни мы были дома и я наслаждалась кулинарными талантами моего мужчины.
Обязательно вернусь.
В общем достаточно слов, прикрепляю фото...

3. Если кому-то плохо, вы сразу это увидите. – Всем нам бывает и больно, и страшно, и плохо. Просто некоторые научились это скрывать куда лучше других. Вы не знаете, что происходит за закрытыми дверями их души, а потому осуждать людей лишь по тому, что вы видите – напрасная трата времени и сил. Если у вас есть время обсуждать и осуждать других людей, у вас, пожалуй, слишком много свободного времени. Лучше направьте его на что-то достойное.

4. Жизнь должна идти определенным образом, и никак иначе. – Никто не может навредить сильнее, чем мы сами. Но нанеся своей душе рану, мы же можем ее и исцелить – для этого порою достаточно не стесняться своих мыслей, и быть реалистом. Ведь у нас всегда есть выбор, как ответить на те ситуации, с которыми сталкивает нас жизнь. Так что откажитесь от нереалистичного образа в вашей голове, под который вы пытаетесь подогнать вашу жизнь, и начните воспринимать ее такой, какая она есть. Меняйте то, что поддается изменениям, меняйте свой взгляд на то, что нельзя изменить, и продолжайте двигаться вперед.

5. Вы должны быть похожи на кого-то другого. – Когда вы перестаете сравнивать себя с другими людьми, неважно, настоящими или вымышленными, и когда вы перестаете сравнивать себя с другими версиями себя самих (по большей части существующих лишь в нашей голове), лишь тогда вы начинаете жить спокойно – и лишь в этом покое нет абсолютно ничего иллюзорного.

6. По-настоящему отличной жизнью живут лишь немногие избранные.– Если каждое утро бы будете просыпаться со словами «Сегодня меня ждет отличный день», и засыпать, понимая, насколько же он был хорош… Лишь тогда, однажды, спустя многие годы, вы сможете, вспоминая о былом, улыбнуться и сказать: «Моя жизнь была просто отличной».

7. Нам не нужны нелегкие времена. – Порою для того, чтобы обрести счастье, нужно пройти через подлинный ад. Порою для того, чтобы встретиться с нужными людьми, вы должны избавиться от тех, кому не место в вашей жизни. Порою для того, чтобы понять, что такое быть сильным, вы должны почувствовать слабость. Иногда нужно почувствовать, как ваша душа раскалывается на части, чтобы обрести нерушимую целостность. Порою, чтобы найти того единственного человека, с кем можно прожить весь остаток жизни, нужно пройти через толпы людей. Порою нам приходится встречать с распростертыми объятьями как хорошее, так и плохое, зная, что в конечном итоге и то, и другое несет нам бесценный опыт.

8. Быть сильным – значит не чувствовать боли. – На деле сильные люди – это те, кто чувствуют боль, принимают ее, учатся на ней всему, чему могут, а затем преодолевают ее. Суть силы – в решимость попросить о передышке, пролить слезы, отряхнуться, а после вернуться на ринг, чтобы драться так, как вам еще никогда не приходилось.

9. Ложь «во благо» — это нормально. – Прежде, чем говорить «Я тебя люблю», почувствуйте любовь. Будьте действительно благодарны, благодаря кого-то. Чувствуйте раскаянье, извиняясь. Поверьте – когда ваши слова бывают подкреплены подлинным чувством, они проникают в самую глубину сердца других людей.

10. Мечты – напрасная трата времени. – Величайшие дары – те, которые не видны глазам, но чувствуются сердцем. То, что мы видим, лишь малая часть того, что возможно. Воображение – это умение заглянуть за горизонт, представить себе то, что очень важно для нас, но пока скрыто от взора. Где-нибудь и когда-нибудь вас непременно ждет нечто невероятное – если вашей мечты окажется достаточно, чтобы его заполучить.