- Нельзя, — категорически отвечает мама. – Что за глупые фантазии, ты ж взрослая женщина, серьезнее надо к жизни относиться. Крылья – это мухам и птицам, а у тебя для передвижения ноги имеются, вот и стой твердо на земле.

Ну вот, посоветовалась… Как ушатом воды меня окатило – крылья сразу отяжелели, словно намокли. Позвоню-ка я лучшей подруге…

- Ты знаешь, я тут по случаю крылья обрела. Так хочется свободного полета!

- Влюбилась, что ли? Небось, романчик на стороне завела? Так ты ж у нас замужем! Ты смотри, крылышки-то обожжешь, и здесь разрушишь, и там неизвестно еще, построишь ли… Так что ты там осторожно, крылатая моя!

Нет, у близких, похоже, понимания не найти. Ладно, завтра на работу пойду – там и опробую.

На работе попробовала взлететь – так меня тут же приземлили.

- Окрыленность – это хорошо, но от вас сейчас не творческий полет требуется, а четкое выполнение должностной инструкции, — вот что мне сказали на работе. – Творить и парить дома будете, а тут вы часть коллектива, важный винтик, вот и крутитесь.

Сложила я свои крылья до поры-до времени, решила по дороге домой на улице попробовать полетать, но, видать, замечталась – задела женщину нечаянно. И тут же меня, можно сказать, приложили об асфальт.

- Куда прешь, людей не замечаешь! Витают тут в облаках, как не от мира сего! Под ноги смотри, дороги, что ли, не видишь? – обложила она меня со всех сторон.

Пришла я домой вся в растрепанных чувствах, кое-как дела переделала и к себе в комнату. Только там и удалось немного полетать, да и то осторожно, чтобы мебель не задеть и никому шумом не помешать. А как спать легла, глаза закрыла – опять Ангел появился.

- Ну как, — спрашивает, крылья? Понравилось летать?

- Да мне толком и полетать-то не удалось, — говорю я. – Так, по комнате немножко. Муж против, мама не оценила, подруга не поняла, на работе не одобряют, прохожие ругаются.

- Ну, их понять можно, — говорит Ангел. – Ты ж им удобна такой, к которой они привыкли. А изменишься – всем заново привыкать придется.

- И что же делать? – спрашиваю.

- Ну, можешь мне крылья вернуть, коли не нужны.

- Ну как не нужны? – испугалась я. – Я ж мечтала, хотела! Нет, я от крыльев не отказываюсь! Только скажи мне, Ангел, как все изменить рационально и гармонично, никому не причинив вреда, в том числе себе?

- От крыльев вреда не бывает, — говорит Ангел, — от них только радость полета и вдохновение. Вред бывает от страха, он крылья сковывает и тело к земле прижимает. Перестанешь бояться – будешь летать. Ты реши сама, что для тебя важнее – страх или крылья? Только поскорее решай. Имей в виду, крылья постоянного полета требуют, иначе усохнут и отвалятся!

Я долго думала – всю ночь. А к утру все решила. Ну и пусть, что все против, главное, что я – ЗА! А они привыкнут. Или не привыкнут, но это будут уже их проблемы. Надела я крылья – и взмыла вверх, под самые облака.

Смотрю сверху – а там, внизу, так красиво! Вижу и мужа, и маму, и подругу мою, и родной коллектив, и даже вчерашнюю тетку скандальную. И очень ясно я увидела, что они тоже хотели бы летать, но боятся. Каждый цепляется за что-то свое, ему понятное и привычное. У них просто еще положительного примера перед глазами не было, вот и страшно. Но теперь-то я есть!

Я сразу перестала обижаться, что они меня не поняли и не поддержали. Так вот что значит «подняться над ситуацией» и «быть выше этого»!

Распахнула я крылья и как закричу на все небо:

- Люди! Я вас люблю! Но крылья – это уже моя часть, и радость полета я ни на что не променяю! А вы, если захотите, тоже можете подняться ввысь! Надо просто очень-очень захотеть!

… С тех пор прошло много лет. Мои крылья окрепли и выросли, и я по-прежнему летаю. Весь мир открыт предо мною! Муж мой побурчал-побурчал и смирился. Он даже гордится, что у него такая крылатая жена, потому что я стала успевать во сто раз больше, и настроение у меня всегда лучезарное. Мама тоже привыкла, даже иногда вздыхает, что ей не довелось изведать радость полета. Подруги у меня тоже все окрыленные – как я и думала, мой пример оказался заразительным. А работу я сменила – нашла другую, где крылатость поощряется и приветствуется. И главное – это то, что теперь рядом парят дети, наши дети – они родились уже крылатыми, и теперь я учу их летать!

… А ведь страшно подумать, что было бы, если бы я тогда испугалась и вернула крылья. Я бы страдала и сожалела, разрушая себя, мучаясь тем, что вот могла, хотела, мечтала, да так и не решилась. Но я об этом не думаю. Я – летаю!

Автор: Эльфика

Some women told me that the bigger the age gap, the richer the man must be   which is not good news for ne since I am not rich  

Но мальчик считал, что мир-то в порядке – он не в порядке. Сначала он думал, что все обладают способностью слышать сердцем, но потом понял, что нет, не все. Большинство людей жили без всяких лишних звуков и полагали, что все идет, как положено, и причин для беспокойства нет. А вот у мальчика они были, потому что какофония изматывала, терзала слух, заставляла часто плакать и печалиться, уединяться там, где ранящих звуков было поменьше. И, если честно, он часто хотел умереть, чтобы уши больше не слышали, а сердце не болело.

Наверное, так бы и произошло, раньше или позже, если бы не встреча с одним человеком. Человек был доктором, к которому привели мальчика обеспокоенные и почти отчаявшиеся родители. Он назывался красивым словом «гомеопат» и, со слов родителей, лечил не таблетками, а как-то по-другому, мальчик не очень понял, как именно. Да ему, в общем, это было все равно, он ведь знал, что не болен, а просто… не такой, как все. Иной.

Доктор осмотрел мальчика, послушал, задал несколько вопросов, а потом попросил родителей оставить их наедине.

- Ты находишься в диссонансе с этим миром, мой юный друг, и тебе трудно в нем жить. Настолько трудно, что ты даже подумываешь его покинуть. Так, мой юный друг?

- Откуда вы знаете??? – в полном смятении спросил мальчик.

- Вижу, — просто ответил доктор. – Мы с тобой в чем-то похожи. Ты – Слышащий, а я – Видящий. Но орган чувств у нас один и тот же – сердце.

- Зачем это так? – вырвалось у мальчика. – Почему нельзя просто слушать звуки ушами и не впускать их в сердце?

- В свое время я тоже задавался этим вопросом, — ответил доктор. – Больно видеть, когда происходит что-то нехорошее и неправильное. Больно слышать, когда кругом столько ненависти и лжи. Но, мой друг, задай себе вопрос – для чего тебе дана такая способность?

- Я не знаю, — удрученно сказал мальчик. – Наверное, чтобы страдать. Может быть, я совершил какой-то дурной поступок, и меня так наказали. Не знаю…

- «Чтобы страдать…», — медленно повторил доктор. – Ну, если ты решишь применить свой чудный дар именно для этого, конечно же, ты будешь страдать.

- Чудный дар? – скривился мальчик. – Вы вот это называете чудным даром? Тоже мне, чудо – когда не можешь спокойно ходить по улице, потому что по ушам бьет! Мне трудно учиться и еще труднее общаться. У меня нет друзей. Только когда один и тихо, можно немножечко отдохнуть. Ну, еще когда спишь, да и то если хорошие сны снятся. Но мне чаще снится город, а он дико ревет, как раненый зверь, даже во сне.

- Он не ревет. Он плачет, — поправил его доктор. – Он жалуется и просит, чтобы кто-нибудь прекратил этот кошачий концерт и выстроил звуки в гармонию. Тогда город зазвучит прекрасными мелодиями, и они будут сплетаться в единую симфонию. Ты можешь помочь городу. Вот почему ты слышишь его стон в своем сердце.

- Я? Могу помочь? Но чем? Я и себе-то не могу помочь, — по-взрослому вздохнул мальчик.

Доктор с улыбкой смотрел на него, и мальчику подумалось, что сейчас прозвучат слова «да, конечно, ты пока слишком мал, но вот когда вырастешь…», и его сердце заранее сжалось от этих слов. Но доктор вымолвил совсем другое:

- Да как раз ты-то и можешь. Я вижу больше, чем другие, и могу точно сказать: все дети рождаются Видящими и Слышащими, но потом предпочитают прикрыть глаза и приглушить слух, чтобы сердце не болело. Но есть и Иные — те, кто не закрылся и по-прежнему видит и слышит сердцем. И они призваны менять этот мир, восстанавливать утраченную гармонию. Ты Слышащий – значит, ты призван.

- Почему я?

- Потому что в тебе есть Сила. Сам подумай, разве каждый может вынести такую боль? А ты вот ничего, вырос даже в таких неблагоприятных условиях.

- Во мне есть Сила… — как зачарованный, повторил мальчик. – А для чего она?

- Для того, чтобы ты служил камертоном, — объяснил доктор. – Знаешь, что такое камертон?

- Это такой приборчик, чтобы музыкальные инструменты настраивать?

- Да. И, знаешь ли, мир – это тоже большой музыкальный инструмент. Нет, даже целый симфонический оркестр. Когда-то давно они все звучали в унисон, и тогда в мире царила гармония. А потом что-то разладилось. И теперь, чтобы снова настроиться на единый лад, нужен камертон. Такой, как ты. Ты чувствуешь, как все должно звучать, ты видишь, где есть диссонансы – значит, можешь все поправить.

- А как?

- Просто давать чистый звук. Ты можешь делать это разными способами: через слова, через образы, через картины или музыку – главное, чтобы ты звучал. И не отчаивался, если сразу не получилось. Не все ведь могут расслышать с первого раза… Но рано или поздно они обязательно услышат, не сомневайся! Вот это и есть твой чудный дар, Слышащий.

- Но что я могу сделать один? – растерянно спросил мальчик. – Один во всем мире?

- Ну почему же один? – весело удивился доктор. – Ты да я – вот нас уже и двое. А на самом деле намного больше. По всему миру раскиданы такие камертоны. Принимать в сердце Боль Мира и преобразовывать ее, выдавая в ответ чистый звук – это и есть призвание людей-камертонов. Тех, кто не разучился видеть и слышать сердцем…

Мальчик и его родители вышли от доктора, и город привычно ударил по ушам воем и скрежетом. Но мальчик уже не боялся и не старался заткнуть уши. Он шел и шептал: «Город, не плачь. Я буду тебя спасать. Я буду наполняться шелестом травы, и шепотом дождя, и синевой неба, и все это сплетать в единую мелодию. Я постараюсь звучать погромче, и все услышат. Ты только, пожалуйста, подожди. Теперь у тебя есть свой камертон, и это я!».

Автор: Эльфика

Vel,den første filipinsk dama kom til bygda i 1983-1984. Det gikk historier at hun satte tøflene ved døra,hadde mat på bordet. Ja,nesten som en slave. Det var hennes måte å takke sin mann. Men hun lærte å finne noe de begge likte. Jeg tror de lever sammen idag  

Russland var et fattig land. De hadde dårlig med klær. Det var innsamlingsaksjoner til Murmansk husker jeg. Vi sendte klær. Vi lærte at de hadde fin natur. De hadde gammeldags måte å leve på. Og de hadde atomvåpen.

Jeg hadde en jeg ble kjent med. Han hadde blitt sammen med ei Russisk dame. Hun var gravid med hans barn. De hadde kjøpt hus. Og en dag tente hun på huset deres,og dyttet kameraten min ned en trapp. Huset står enda totalt ødelagt. Jeg kan kjøre dit å ta bilder hvis dere ikke tror meg. Dette skjedde for mere enn fem år siden.

Men det jeg vil frem til. Jeg tror at den Russiske kvinnen er veldig på vakt for hvem som har gode eller mindre gode hensikter. 

Og det gjør at den norske mann vil streve med å få sagt sitt budskap til en kvinne fra Russland. Fordi Russiske damer tror de vil ha en slave. Jeg tror flesteparten av Norsk mann vil dele på husarbeid,matlaging,klesvask,rydding og barneoppdragelse. De vil ta del i livet til kvinnen. 

Men så er det de som reiser på ferie til Russland. De vil kun én ting. Ha sex. Eller de vil gjerne ha ei ung og naiv jente de kan ta med hjem til Norge. 

Så dere Russiske jenter. Det jeg nå lurer på. Hvem tror dere mannen som reiser på sex ferie til Russland har sex med? Jeg tror at det er VELDIG mange av de jentene menn har truffet på ferie,som er her på sånne dating sider.

Jeg klandrer ingen. Jeg har ikke noe imot at noen prøver å finne lykke her på denne måten. Det jeg da reagerer på er kansje de kravene som blir ønsket. Han må være kjekk,veltrent og maskulin.... 

Hvor er normal? Hvem vil dere være? Tror dere at det er noen som åpner døren for dere,hvis de ikke får betalt?

Jeg lurer jo hele tiden. Hvem er profilen bak bildet? Hvem vil hun kunne godta å leve sammen med? Vi er alle forskjellige. 

Nå håper jeg at oversettelsen blir bra. At dere forstår det jeg spør om. Dette er egentlig et positivt brev. Positivt og ærlig.

Hva kan jeg gjøre for at vi skal ha en samtale uten at vår bakgrunn spiller så stor rolle?

Vil du fortsatt selge kroppen din,eller tar du til takke med en ikke så rik mann?

Hva om krig er hos deg. Hvor mye av din sjel selger du for å slippe?

Dette er noe av hva jeg tenker på. Har kvinnen et oppriktig ønske om å finne noen å bli gla i,så finner hun det hun søker. En må kansje senke kravene litt.

Jeg snakker med flere her på siden. Mange hyggelige,og noen som jeg har mindre hyggelige samtaler med. Sånn vil det bestandig være.

Takk for at dere kvinner er på forumet   uansett bakgrunn. Du er den viktigste personen i ditt liv  

Ok let me have, brutal honesty is welcome. 

- Забудьте об этом. За солнцем у нас тут ездят в сопредельные страны, во время отпусков, — сообщил офицер. – Ничего, вы быстро привыкнете. Все привыкают.

- Не думаю, что я привыкну, — прошептала Стефани, но ее никто не услышал.

- А сейчас я попрошу вас сдать ваши зонтики. Таковы правила.

- Как – «сдать»? – всполошилась мамаша. – А как же мы – под дождь, и без зонтиков???

- Всем прибывшим таможенная служба выдает местные зонты, приспособленные к повышенной влажности и сильным ветрам. Зонтики качественные, услуга бесплатная, так что все тут у нас только ими и пользуются. Таковы правила.

И вместо маминого ярко-голубого, папиного коричневого и ее зеленого в белый цветочек всем им выдали местные зонтики – солидные, мощные, с красивыми резными рукоятками, но почему-то черные.

- А других расцветок нет? – робко спросила Стефани.

- А других и не бывает, — удивился офицер. – Всем – одинаковые, у нас тут равноправие и демократия… Таковы правила.

И правда: когда семейство вышло из здания аэровокзала, Стефани обнаружила, что куда ни посмотри – везде только черные зонты, сплошное равноправие. Но как-то ску-у-учно!!! А если поднять глаза на хмурое небо, на клубящиеся серые тучи, то кажется, что и там толкаются раскрытыми куполами черные зонты.

Тетушка действительно была слаба: по дому она передвигалась исключительно в кресле-каталке, на улицу без посторонней помощи и вовсе выехать не могла, да еще и речь потеряла в результате перенесенного инсульта. Разумеется, ей был тут же обеспечен должный уход, и Стефани вменили в обязанность ежедневно прогуливать тетушку на свежем воздухе хотя бы по полчаса.

Каждое утро Стефани спешила на занятия в школу, прячась от дождика под своим черным зонтом, а слева и справа, впереди и позади торопились по своим делам другие «чернозонтичные». Стефани иногда казалось, что над головой – два слоя туч: один из зонтов, другой – в небе. От такого двойного затемнения у нее настроение все чаще портилось.

- Мне тут не нравится, — недовольно бурчала она, придя из школы и стряхивая капли со своего черного зонта.

- Доченька, но теперь тут наш дом, — говорила ей мама. – Надо потерпеть, ты привыкнешь…

- Никогда я не привыкну к этому нескончаемому дождю и черноте над головой! – не соглашалась она, понимая, что ничего не в силах изменить. Несовершеннолетние дети должны жить со своими родителями и слушаться их, таковы правила…

И она со вздохом шла сначала делать уроки, а потом гулять с тетушкой. Это прогулочное время Стефани любила: можно было бесконечно кружить по саду, самостоятельно выбирая маршрут, а в сильный ливень – сидеть рядом с тетушкой на веранде, наблюдая за потоками воды и как дождь пузырится в лужах, и думать о своем. Но однажды…

- Почему ты плачешь, детка?

- Потому что мне грустно… Потому что дождь никогда не кончается, и на душе у меня так же пасмурно и сыро… Потому что мне кажется, что я скоро растворюсь, растаю, как кусочек сахара… Ой!

Стефани вскочила и во все глаза уставилась на тетушку.

- Это вы меня сейчас спросили?

- Тише, тише! Сядь на место и не шуми. Я хочу, чтобы меня и дальше считали неразговорчивой, — попросила тетушка. – Давай поговорим, как шпион со шпионом, шепотом и не разжимая губ.

- Почему как шпионы? – удивилась Стефани.

- Ну, во-первых, чтобы никто не догадался, что мы вообще разговариваем, — объяснила тетушка. – А во-вторых, мы обе чужие в этом дождливом городе, и я очень понимаю, почему нам здесь тоскливо.

- Мне-то понятно, почему… Но вы же прожили здесь всю жизнь? – уточнила Стефани.

- Да. Но вовсе не вся моя жизнь была такой дождливой. Город знавал и другие времена… Солнечные и счастливые!

- Расскажите! – попросила совершенно заинтригованная Стефани.

- На это потребуется не одна прогулка, — ухмыльнулась старушка. – Теперь у тебя будет дополнительный стимул гулять с твоей старой дряхлой тетушкой. А мне так приятно будет почувствовать себя престарелой Шахерезадой! Только, чур, между нами! Никому не слова! Тайна!

- Заметано! – с восторгом пообещала Стефани, которая очень любила тайны.

… Родители не могли нарадоваться на то, как прилежно их дочь выполняет свои обязанности по уходу за тетушкой. Стефани заботливо укутывала старушку теплым пледом и часами гуляла с ней по саду. Разумеется, они и не догадывались, что в эти часы Стефани получала от тетушки массу сведений, воспоминаний и жизненных наблюдений, и если бы было можно, эти прогулки вообще длились бы нескончаемо! И неудивительно: ведь Стефани узнавала от тетушки совершенно потрясающие вещи!

Оказывается, много лет тому назад Ливеньбуль был курортным городом, а Дождляндия еле успевала принимать нескончаемые потоки туристов, которые стремились попасть на Карнавал Жизни. Климат тогда был совсем другим – мягким и солнечным, поэтому Карнавал Жизни не прекращался круглый год. Песни и танцы, художники и музыканты, бродячие фокусники, представления под открытым небом, смех и радость – этим были наполнены все улицы городов Дождляндии, а Ливеньбуль (в те времена он еще носил название Сольбург – Солнечный Город) считался самым веселым городом в мире.

Но однажды правительство решило, что пора как-то упорядочить потоки туристов и ассортимент развлечений. Было создано сто комиссий, пять научно-исследовательских институтов и особая группа по разработке Правил Развлечений, и все они активно взялись за работу. Сначала жители даже обрадовались, потому что вечная суета на улицах и переполненность транспортных потоков их порою напрягали.

В самом скором времени стали вводиться многочисленные правила, регламенты и предписания, которые разъясняли, как следует правильно отдыхать. Теперь вроде бы стало понятно, что можно, а что нельзя, как себя вести и что делать, и можно было бы радоваться, но… Не сразу, но стало заметно, что Карнавал Жизни как-то поскучнел, а многие его моменты вообще увяли, потухли или вовсе сгинули. Затем и туристов стало поменьше – местные радовались, что теперь можно спокойно пообедать в ресторанчике или попасть на экскурсионный кораблик. А потом стали один за другим закрываться ресторанчики и уплывать в другие страны кораблики, уходить в дальние дали танцоры и музыканты, потому что клиентов было все меньше и меньше. Жизнь становилась все скучнее и скучнее…

- Неужели никто не пытался изменить ситуацию, вернуть в жизнь радость? – спросила ошеломленная Стефани.

- Ну как же, деточка… Разумеется, пытались! Но на все следовал один ответ: «Нельзя! Таковы правила!».

- Да, и нам это говорили, когда меняли зонтики на черные! Еще в аэропорту! – вспомнила девочка.

- О! Зонтики! Это было роковое решение, я думаю, что из-за них и начались дожди! – воскликнула тетушка.

- Но разве дожди могут появляться из-за зонтиков? По-моему, все как раз наоборот! Сначала дожди, а потом уж зонтики!

- Знаешь, дожди бывают везде, но они недолговечны. Прошли, обновили природу, отмыли деревья и тротуары – и снова солнышко сияет. И у нас было точно так же. А вот когда появилось новое правило – всем пользоваться одинаковыми зонтиками черного цвета, дожди стали постоянными. Словно черный цвет притягивает тучи!

- О, вы знаете, а я тоже что-то такое думала! – вспомнила Стефани. – Мне показалось, что хмурое небо отражает наши мрачные зонты…

- …а наши мрачные зонты отражают хмурое небо, — закончила тетушка. – Получается сплошно мрак. Порочный круг!

- А я вам еще пострашнее кое-что скажу, — призналась Стефани. – Я стала замечать, что и на душе у меня все чаще хмуро и мрачно. Мне кажется, что там начинает постоянно идти дождь. Меня это так пугает!

- Дождь – это слезы мира, — задумчиво ответила тетушка. – Плохо, когда у тебя внутри слезы… Мне кажется, что я оказалась в инвалидном кресле, потому что потеряла кураж, и внутри меня накопилось слишком много слез… Мне тоже стало неинтересно жить. Хорошо, что появилась ты – это меня взбодрило!

- Я вас тоже люблю, — сказала Стефани. – Но мне страшно! Ведь этой радости у меня внутри становится все меньше. А вдруг она и вовсе иссякнет, и тогда – что? Я тоже окажусь в инвалидном кресле???

- Ну что ж, по крайней мере, мы сможем устраивать гонки на скорость и соревнования по плевкам в длину, — округлив глаза, сказала старушка.

Они посмотрели друг на друга и разом прыснули – такая мысль показалась им очень забавной.

- Ах, как я скучаю по тем временам, когда Карнавал Жизни кипел вовсю, а зонтики были разноцветными! У меня был такой отчаянно-оранжевый зонтик, я его просто обожала! – мечтательно посмотрела в небо тетушка. Но неба она не увидела – только большой черный зонт, прилаженный к ее коляске от непогоды.

- Тетушка! А где он теперь этот ваш зонт? – вдруг спросила Стефани.

- Как где? Я не помню. Это же было очень давно! Пылится, наверное, где-нибудь на чердаке вместе со старыми вещами… Если его до сих пор никто не выбросил!

- На чердаке? Ага, понятно… — задумалась Стефани. – Ладно, что-то мы загулялись. Наверное, и ужин уже готов… Ну, раз, два, покатились!

В последующие дни Стефани имела вид крайне необычный и загадочный. Казалось, что она что-то задумала. Она сказала родителям, что приболела и не может пока гулять с тетушкой. Конечно, те всполошились и стали спрашивать, что да как. Но Стефани на все вопросы отмалчивалась или ссылалась на недомогание. Если бы родители присмотрелись повнимательнее, они бы сразу поняли, что что-то не так. Глаза ее блестели, а щеки разрумянились, словно она провела недельку где-нибудь на пляже, под палящим солнышком. Но никто не присматривался, и девочка могла спокойно выполнять задуманное.

Но вот через пару дней она объявила, что поправилась, и они снова могут гулять. Тетушка едва дождалась, когда Стефани пришла собирать ее на прогулку и по-шпионски, сквозь зубы, спросила:

- Что происходит?

Но Стефани только таинственно улыбнулась и молча повлекла коляску к выходу. Только углубившись в сад, она повернулась и уставилась на тетушку.

- Что, что случилось? – в нетерпении завозилась та.

- Скажите, а что вы готовы отдать, чтобы вернуться на Карнавал Жизни? – спросила девочка.

- Я? Да я бы все отдала, только у меня ничего уже нет, кроме моего бренного тела! – отвечала тетушка. – Да и Карнавал Жизни давно уже канул в Лету, его не вернуть…

- А вот и нет! – заявила Стефани. – Если вы мне пообещаете встать с этой коляски… ну, скажем, через три месяца! – то получите Карнавал в подарок. Согласны?

- Не торгуйся с отжившей эпохой, — строго сказала тетушка и не выдержала, засмеялась. – Ну давай уже скорее, давай! Что ты там придумала? У меня уже никакого терпения!

- Раз, два, три! – провозгласила Стефани и жестом заправского фокусника выдернула из зажима в спинке кресла черный зонт, а на счет «три» там оказался другой – ярко-оранжевый, очень позитивный, смешавший в себе краски апельсина, жаркого песка и яркого июльского солнышка.

- Мой зонтик!!! – в восторге вскричала тетушка. – Боже мой, любимый, ты вернулся! Ты снова со мной!

- И это еще не все! – объявила Стефани. – Представление продолжается!

Старушка глянула на нее – и обомлела. Стефани за несколько секунд переоделась в клоуна – в какие-то немыслимые одежды, в которых тетушка с удивлением узнала свои старые платья, кофты и шляпки, а на ногах у нее были открытые босоножки из тонких ремешков, в которых она затанцевала прямо по лужицам на садовой дорожке.

- Девочка моя! – прошептала тетушка, молитвенно сложив на груди сухие лапки. – Где ты все это откопала?

- На чердаке! – весело выкрикнула Стефани, продолжая отплясывать. – Оказывается, у вас на чердаке хранится столько памяти о солнечных днях!

- Карнавал жизни… — восхищенно шептала тетушка. – Тот самый Карнавал!!! И мой зонтик!!! Ах, если бы это могло не кончаться!

Но, конечно же, это вскоре кончилось – Стефани запыхалась, а ноги ее совершенно промокли. И к вечеру она расчихалась и затемпературила – на этот раз она заболела уже по-настоящему и вынуждена была целую неделю пролежать в постели. А когда она выздоровела…

Теперь уже у тетушки был вид крайне загадочный. Она, как обычно, помалкивала, но в глазах ее плясали чертенята. Стефани терялась в догадках и с нетерпением ждала, когда ей разрешат выходить на улицу.

И вот этот миг настал – они снова были вдвоем в саду.

- Стефани, дорогая! Я тоже приготовила тебе сюрприз! – торжественно объявила тетушка. – Я молила бога, чтобы ты поскорее выздоровела, чтобы показать тебе… раз, два, три! – и она с усилием поднялась и встала на ноги. Правда, секунд через десять она снова плюхнулась на место, но Стефани уже аплодировала в полном восторге.

- Это только начало, — скромно поклонилась тетушка. – Как видишь, я тоже времени даром не теряла. Это мое «пламенное спасибо» за возвращение в молодость! И за мой любимый Зонтик!

- Я полном отпаде! – сообщила Стефани. – Вы, тетушка, просто супервумен какая-то! За такое короткое время – и такие результаты! Я думаю, мы с вами всегда сможем время от времени устраивать себе Кусочек Карнавала. Ведь у нас-то в саду свои правила, кто нам запретит?

- Это да, конечно. Но погоди, я еще не все сказала, — перебила ее тетушка. – Пока ты болела, у меня было предостаточно времени на раздумья. И знаешь что мне в голову пришло?

- Что же?

- Подарить тебе мой зонтик!

- Нет, нет, он ваш!

- Да послушай же! Я его тебе дарю не просто так. Я вдруг подумала, что непогода начинается не снаружи. Она всегда сначала возникает внутри! Она состоит из глупых правил, и из нашего согласия с ними, из задавленных чувств и невыплаканных слез, из нашего равнодушия и страха быть «не как все». Мы становимся частью толпы и теряем себя. Но чтобы вернуть Карнавал Жизни, хотя бы в свою душу, нужно сделать что-то необыкновенное! Стать не «как все», а «как ты», понимаешь?

- Кажется, понимаю, — серьезно сказала Стефани. – Сначала ты приносишь в этот мир частичку солнца, потом еще кому-то захочется, а кто-то будет просто подражать, и через какое-то время света станет больше, чем тьмы, да?

- Именно так, дитя мое! Мы можем отвечать только за себя, за цвет своего мира! Да, иногда это выглядит дерзко и против правил, но как иначе-то? Так что бери зонтик – и дерзай! Пусть над тобой всегда будет оранжевое небо!

- Спасибо, — улыбаясь, ответила Стефани. – Пусть будет. Даешь Карнавал Жизни!

… Вы когда-нибудь бывали в столице Дождляндии — Ливеньбуле? Да, не самое солнечное место в мире, но многие туристы едут туда именно из-за дождей. Потому что именно в это время город расцветает множеством самых невероятных зонтиков самых невообразимых цветов! Здесь можно увидеть зонтики в стиле «ретро» и в стиле «модерн», украшенные кружевами и плетеные из соломки, однотонные, в цветочек, в полосочку, с набивным рисунком… Это какой-то Карнавал Зонтов, незабываемое зрелище! Постоянно проводятся конкурсы на самый оригинальный зонт, а в сувенирных лавках зонты разбирают, едва они появляются в витринах. В последнее время входят в моду и зонтики от солнца, которого в Ливеньбуле все больше и больше. Ходят слухи, что власти обсуждают законопроект о возвращении городу исторического названия Сольбург – Солнечный Город.

В общем, если соберетесь поехать, советую вам посетить самый популярный магазин — «Солнечный Мир». Узнать его легко, по торговой марке – над входом вы увидите стильный оранжевый зонтик. На кассе будет сидеть симпатичная расторопная старушка с озорным взглядом, с которой всегда приятно переброситься парой шуточек. А в торговом зале всем заправляет красивая молодая женщина по имени Стефани. Уж она-то точно подберет вам что-нибудь уникальное и удивительное, именно то, что подходит именно вам!

И знаете, что еще интересно в Ливеньбуле? Обратите внимание – даже когда идет дождь, над городом всегда синее небо. И если приглядеться, можно заметить, что в нем многочисленными радугами отражаются разноцветные зонтики.

Автор: Эльфика

Все нормальные белки обычно заготавливают грибы, ягоды и орехи, а белки Волшебного Леса заготавливали Позитив. Они отыскивали его везде, где только можно, и сразу растаскивали по дуплам и нанизывали на ветки, да так успешно, что через какое-то время у них даже излишки образовались. Собственно, этот факт и стал завязкой того недоразумения, о котором речь впереди.

Как-то раз посетила белок мысль устроить в Лесу Позитивную Поляну – место, где все белки будут время от времени собираться и проводить время вместе. Ну там, праздники устраивать, смену времен года отмечать, опытом обмениваться да и просто – потусоваться, пообщаться, позитивом поделиться… И подходящая поляна быстро нашлась, и инициативная группа тут же образовалась.

- А какова основная цель вашего проекта? – поинтересовался Еж-Эзотерик, чья нора располагалась в буреломе неподалеку.

- Мы намерены создать прогрессивную площадку для Ищущих Просветления. Будем щедро делиться Позитивом! - ответили ему. – В первую очередь, конечно, для себя. Но если кто-то к нам забредет – мы его, конечно, не прогоним, нам Позитива не жалко. Ну, разумеется, если этот «кто-то» будет соблюдать наши правила.

- А какие у вас правила-то? – не унимался пытливый Еж.

- Да, а какие у нас правила? – спохватились белки.

Правила были сформулированы быстро (белки вообще медлить не любили). Выглядели они так:

На Позитивной Поляне, безусловно, рады всем, невзирая на размеры, окрас, привычки и повадки и прочие параметры.
Это место для Добра, Позитива и Всеобщей Любви!
В этом позитивном месте каждый может рассчитывать на радушный прием, глубокое понимание и всеобщую приязнь.
Это единственное место в мире, где каждый может быть самим собой, не опасаясь осуждения, оценочности и неприятия!
- Звучит неплохо, — неуверенно сказал Еж. – Хотя… есть у меня кое-какие вопросы… Ну да ладно, поживем – увидим.

Белки скоренько взялись за дело, и вскоре состоялась торжественная презентация Позитивной Поляны.

Белки потрудились на славу: поляну украсили гирляндами лесных цветов, для музыкального сопровождения пригласили Сводный Полевой Хор Скворцов и Зябликов, а для сольных выступлений – местных певцов Соловья и Иволгу, на ветвях деревьев был развешен Позитив – повыше, чтобы всем хорошо было видно; Сорочья Экспресс-Почта тоже неплохую рекламу сделала: звери Волшебного Леса толпами повалили на поляну, посмотреть, как там и что. Белки приветливо здоровались с каждым новым посетителем и выдавали ему порцию Позитива, причем совершенно бесплатно. Скворцы-Зяблики заливались на весь лес, Сова довольно ухала, как большой барабан, цветы благоухали, так что презентация удалась, и лесной народ только диву давался – как это белкам такая замечательная идея в голову пришла, да какие они молодцы, и сколько тут дармового Позитива! Дятел только успевал строчить зарисовки для Нетленных Хроник, прославляя Позитивную Поляну на весь мир.

Но презентация закончилась, и через недельку поток любопытствующих иссяк, да и не мудрено: ведь беличья жизнь происходила в ветвях деревьев, и весь Позитив был складирован там же, а внизу – ничего особенного, поляна как поляна. Ни пасеки на ней нет, ни цветов красивых, ни даже трын-травы – только обычная… А белки, радушно поприветствовав с поднебесной высоты очередного гостя, трещали-верещали там, в ветвях, о чьем-то своем, для непосвященных непонятном, и кому это понравится? Так что вскоре поляна оказалась в полном их распоряжении – как, собственно, и задумывалось. Только Еж-Эзотерик к ним захаживал более-менее регулярно, по следующим причинам: потому что жил близко, потому что порой хотелось с кем-то пообщаться, и еще для выведения новых мировоззренческих обобщений.

- А не кажется вам, что вы как-то обособились от остальных обитателей леса? – заводил разговор он.

- Возможно, ну и что с того? – принимались втолковывать ему белки. – Мы же никого не гоним, как говорится, милости просим! Они сами не идут. Может, им наш Позитив вовсе и не нужен!

- Позитив-то всем нужен! Только это… как-то высоковато вы обустроились, оторвались от реалий! Не добраться до вас, вот и мне голову задирать приходится и орать во все горло…

- Кому надо – доберется, — отмахивались белки. – Не можем же мы приземляться? Мы уж тут, в ветвях! Тут и солнца больше, это для просветления очень полезно.

- Ну, просветляйтесь, просветляйтесь, дело хорошее, — вздыхал Еж и топал по своим делам.

А Сорочья Почта тем временем делала свое дело – распространяла информацию о Позитивной Поляне на весь белый свет. И вот однажды сороки принесли весть: одна белка из соседнего леса очень прониклась идеей позитива, разделяет и принимает все правила Позитивной Поляны и очень просится в гости. Разумеется, белки с радостью послали ей приглашение, и вскоре пришелица появилась в их дружном сообществе.

- Здравствуйте, дорогая, добро пожаловать, мы вас ждали, — заверещали белки, обнюхивая и оглаживая свою новую подругу.

- Вы из какого леса к нам прибыли, милая? – поинтересовалась Самая Активная Белка.

- Из Забабашенного, — охотно ответила новая белка, с восторгом озираясь по сторонам. – Ой, как у вас тут здорово, мне все нравится!

- Ну еще бы, — кивнула Активная Белка. – Нам тоже нравится. А что это за лес такой – Забабашенный?

- Лес как лес, мы привыкли, — сообщила пришелица. – Очень даже можно жить. Хотя у нас там все совсем по-другому.

- Ну, ладно, вы пока располагайтесь. Мы вам приготовили гостевое дупло, вам там хорошо будет.

- А можно не в дупле? Можно, я совью себе гнездо, как птица? На верхушке во-о-он той сосны?

- Но белки не живут в гнездах! – в изумлении воскликнула Активная.

- У нас – живут, — беспечно ответила Забабашенная. – У нас белки хоть в норе, хоть в берлоге – где кому нравится, там и живут.

- О-бал-деть! – выдохнула Активная. – Ладно, гнездо так гнездо…

Вечером местные белки обсуждали свои впечатления от новенькой. Все сошлись на том, что она немного странная, но выразили уверенность, что это пройдет – видать, просто с дороги устала, ничего, привыкнет.

Но наутро выяснилось, что вчера – это были еще цветочки, а настоящие странности – впереди.

Новенькая отлично переночевала в своем гнезде и выскочила из него с первыми лучами солнца и утренними птицами. И не просто встала, а еще и охотно включилась в утреннюю птичью спевку, перебудив все беличье сообщество. Затем она устроила физзарядку – носилась по самым верхушкам деревьев, которые гнулись и даже порою ломались, но она каждый раз успевала перескочить на следующую.

- Дорогая, осторожно, вы можете свалиться! – пытались вразумить ее новые подруги.

- Не упадешь – не вскочишь, не вскочишь – не возвысишься, не возвысишься – не вознесешься! – хохотала она и продолжала скакать, как безумная.

- Боже, что у них там за порядки, в их Забабашенном лесу? – тихонько ужасались белки-позитивки. – Она ведет себя совершенно отвязно, ну просто неразумное дитя! Неужели у них все такие??? Просто скачущее недоразумение, честное слово!

Неизвестно, все были такими в Забабашенном лесу или только эта белка, но только ее поступки продолжали шокировать, а порою и возмущать хозяек из Волшебного Леса. Вскоре за гостьей уже прочно закрепилось прозвище «Недоразумение». Да и как ее еще называть, если она верещала невпопад, металась не туда, куда все, а туда, где узревала что-то, на ее взгляд, интересное, объявляла Позитивом совершенно неподходящие вещи и радовалась тому, что радости вроде бы и не подлежало.

- Боже, как она меня раздражает! – по секрету шептала одна белка другой. – Я совершенно выведена из душевного равновесия!

- И не говори, подруга! Я и сама начинаю временами ощущать в себе что-то хищное. Так и хочется цапнуть ее за хвост и сдернуть с дерева, чтоб не мельтешила тут!

- Как бы она нам тут весь Позитив не перепортила, — беспокоилась третья. – Носится ведь, не разбирая дороги! И ни с кем не считается!

- Да, подруги, надо бы срочно употребить по лишней порции Позитива. А то мы уже, по-моему, негативить начинаем!

- Что-то вы, соседки, неважно выглядите, — заметил как-то Еж-Эзотерик, заглянувший на Позитивную Поляну.

- Мы неважно? Мы-то важно! Это она вот неважно! – наперебой стали жаловаться ему белки-позитивки. – Это Забабашенное Недоразумение, она совсем какая-то ошалелая. Все время носится, вопросы разные задает, регламенты нарушает…

- Разве это вашими правилами возбраняется? Честно говоря, не вижу я в этом ничего особенного! Я вот тоже вопросы задаю, вы ж не обижаетесь?

- Нет, ну ты-то другое дело! Ты – свой, наш, ты нас не раздражаешь!

- Ага, вы об меня не раздражаетесь, хоть я и колючий, — фыркал Еж. – А об нее – очень даже! Выходит, нашли повод…

- Да мы не находили! Она просто… не вписывается в наш дружный коллектив!

- Но вы ж, вроде, согласно вашим же правилам «безусловно, рады всем, невзирая на размеры, окрас, привычки и повадки и прочие параметры»? Или я чего-то путаю?

- Да нет, мы рады всем! Но вот ей – как-то не рады!

- М-да, незадача. И как это расценивать в разрезе Всеобщего Позитива? — простодушно вопрошал Еж.

- Ай, отстань! Не хотим мы ее никак расценивать, это Недоразумение! Скорее бы уже она упрыгала в свой родной лес, а мы бы зажили прежней жизнью, полной добра, позитива и всеобщей любви!

Но белка-забабашка вовсе не спешила куда-то упрыгивать. Напротив – она стремилась как можно больше узнать и увидеть в Волшебном Лесу, а по возможности – и поучаствовать. Самое интересное, что другие звери вовсе не напрягались этим фактом, а охотно принимали ее в свои компании. Медведь преподал ей пару-тройку уроков Тайного Пчелиного Языка, зайцы научили прыжкам в сторону и косить трын-траву, а птицы охотно пели с ней хором. Даже Дятел-Летописец время от времени прерывал свои труды, чтобы перекинуться с Недоразумением парой фраз.

- Это же нонсенс! – удрученно судачили белки-позитивки. – Она зачем-то лезет туда, куда даже мы себе не позволяем! Да и зачем ей все это??? Зачем ей Пчелиный Язык, скажите на милость??? Или эта дурацкая трын-трава???

Эта невыносимая Забабашка вносила такое возмущение в беличье сообщество, что уже никакой позитив не помогал. Напряжение росло, росло, и однажды не выдержало – лопнуло. Кто первый начал – уже никто не помнит, да и неважно.

- Ты просто невыносима! Ты – сплошное недоразумение! – высказывали ей. – Ты ведешь себя неправильно! Нам от тебя одни неприятности!

- Но я не понимаю – что «не так»? – растерялась белка-Забабашка. – Разве я кого-нибудь обидела? Или задела? Или принесла на вашу поляну негатив?

- Нет, нет… Ничего такого! Просто… ты все делаешь не так, как мы! Ты всех раздражаешь!

- Но чем??? Почему???

- Да потому! В общем, ты живешь как-то… забабашенно. Не так, как положено! Может, у вас там, в Забабашенном лесу, белки и вьют гнезда, и носятся выше всех, буквально по головам, и водятся с зайцами и медведями, но только у нас это не принято!

- Но ведь в ваших правилах сказано, что вы принимаете «всех, независимо от повадок и привычек», и каждый может рассчитывать на «радушный прием, глубокое понимание и всеобщую приязнь»! Разве я что-то путаю?

- Нет, нет, не путаешь… Мы тебя радушно приняли, глубоко поняли, и вообще… того… по-своему даже любим. Надеемся, ты получила Позитива столько, сколько хотела. И на дорогу мы тебе еще дадим. Ты когда отбываешь-то?

- Завтра утром, — ошеломленно ответила гостья. – Я вам очень благодарна, правда… Я ведь так мечтала побывать в «единственном месте в мире, где каждый может быть самим собой, не опасаясь осуждения, оценочности и неприятия». Ну вот, побывала…

- Вот и чудненько! Мы рады, что ты рада! Наверное, тебе выспаться надо на дорожку? Ну, спокойной тебе ночи!

И белки организованно повернулись и дружно поскакали прочь.

- Что это было? – в полном расстройстве обратилась она к Ежу, который как раз вылез из-под елки.

- Э-э-э… Извини, я тут уже давненько нахожусь и все слышал. А как ты сама думаешь, что это было?

- Я не знаю! – обиженно ответила белка. – Может, обман? Обещали одно, а на деле – совсем другое! Или предательство? Я им доверилась, а они меня, по сути, отвергли! Или я действительно какая-то забабашенная? Но я такая, какая есть! А может, это просто какое-то недоразумение?

- Скорее всего, последнее, — подумав, сказал Еж. – Именно недоРАЗУМение. Наши замечательные белки придумали себе свою Модель Мира, а ты – свою, и ваши Модели оказались слишком разными. Игры Разума – опасная штука! Напридумывать-то себе всякого можно, а вот потом… потом и начинаются всякие недоразумения.

- А что «потом»? Какие такие «недоразумения?». Я ведь и сейчас уверена, что не нарушила ни одного правила Позитивной Поляны!!! Я появилась здесь с открытым сердцем и чистыми намерениями, я хотела просто порезвиться в свое удовольствие и набраться позитива, и вовсе не думала, что могу этим кого-то напрягать!

- И они ничего такого не думали, — ответил Еж. – И они тоже приглашали всех на Поляну с открытым сердцем и чистыми намерениями, порезвиться и набраться. Видишь ли, главное недоразумение в том, что и ты, и они – большие фантазерки. Вам кажется, что вы уже поняли, что это такое – Безусловная Любовь. Только сдается мне, что вы пока научились безусловно любить только то, что приносит Позитив. Ну так это легко! А вот научиться добывать Позитив из того, что тебе не очень-то и нравится…

- Но разве Позитив – это не универсальное понятие?

- Думаю, что нет. Для меня вот Позитив – это уединение с редкими вылазками в общество. Для наших белочек – приятное общение и сбор Позитива. Для тебя, как я понимаю, познание нового и стремление жить «без правил». Или по своим правилам? Для Медведя, для Пчел, для Зябликов будет свой Позитив. И только один вид Позитива – по-настоящему универсальный…

- Что же это? Что?

- Безусловная любовь, — пояснил Еж. – Но этим искусством приходится овладевать всю жизнь, а некоторым и жизни не хватает. Вам, белкам, кажется, что любить безусловно – это просто: захотел – полюбил. Ан нет! Тут никакие правила, продиктованные Разумом, не помогут. Тут сердцу потрудиться надобно. Вот вы и получили хороший урок. Разве это не подарок?

- Еще какой, — подтвердила белка. – Есть над чем подумать, правда. Но как же мне быть? Неужели я вернусь в свой родной Забабашенный лес, так и оставшись в памяти местных белочек ходячим недоразумением?

- А какая тебе разница? – философски рассудил Еж. – Это же будут их проблемы, не твои! Для тебя главное, кем себя считаешь ты.

- Тогда будем считать, что тема закрыта, — решила белочка. – Мне действительно пора домой. Да, здесь меня не поняли, и я не вписалась в их Картину Мира. Но кто может мне помешать у себя, в родном лесу, устроить свою собственную Позитивную Поляну? Или, еще лучше – Поляну Безусловной Любви? А вы сможете меня потом навестить, если захотите!

- Ну, сейчас я Еж-Эзотерик, сознательный отшельник, — скромно напомнил Еж. – Но в будущем… Кто знает? Может, и соберусь… Уж очень тема привлекательная! Я ведь давно занимаюсь Универсальными Законами Мироздания. А что может быть универсальнее Безусловной Любви?

- Я буду вас ждать! – обрадовалась Белка. – А знаете что? Не буду я дожидаться утра! Я прямо сейчас отправлюсь домой. Кто сказал, что все важные дела надо обязательно начинать с утра? Если уж я «недоразумение», так буду пользоваться своими преимуществами! МНЕ МОЖНО ВСЕ! Я это прямо чувствую!

- Ага, точно! – с удовольствием подтвердил Еж. – Собственно говоря, любые недоразумения существуют только в нашем разуме. А чувства – это совсем другая история…

И он еще какое-то время слушал, как потрескивают ветки и шелестят листья под лапками Недоразумения, покидающего Позитивную Поляну.

- Из каждого недоразумения можно извлечь массу Позитива, и это Универсальный Закон, что следует обдумать, - подытожил старый Еж и посеменил в свою норку, желая белочке обязательно познать, что такое Безусловная Любовь.

Автор: Эльфика

My wishes for you,
great start for Jan,
Love for Feb,
peace for March,
No worries for April,
fun for May,
Joy for June to Nov,
happiness for Deс!
Have a lucky and wonderful 2016!

Мои пожелания Вам:
Успешного старта в январе,
Любви в феврале,
Мира в марте,
Беззаботной жизни в апреле,
Веселья в мае,
Радости с июня по ноябрь,
Счастья в декабре!
Желаю счастливого и чудесного 2016-го года!

- А откуда они их видели? – не отставал Вадька, который уже сам казался мне маленьким вампиренышем.

- Да ниоткуда! Взяли и придумали! – рассердилась я.

- Так не бывает, — подумав, решил мой умный Вадик. – Если в голове есть, значит, где-то видели.

- Вспомнила. В Трансильвании они живут! – осенило меня. – Это очень далеко от нас. В горах. А в России вампиров нет, так что живи спокойно.

- Да? – с сомнением спросил Вадька. Видно было, что у него имеется свое мнение, но высказать его он не успел, потому что я передала его с рук на руки воспитательнице (пусть теперь ее вампирит!) и помчалась на работу.

В трамвае по утреннему времени было людно и тесно. Когда освободилось местечко, я было подумала его занять, но меня опередила тетка с кошелкой. Она грузно брякнулась на сиденье и торжествующе посмотрела на меня. Я не возражала: кто не успел, тот опоздал, и нечего тут… Но тетке явно хотелось общения.

- Молодежь нынче – пальца в рот не клади! – трубно объявила она. – Так и норовят дорогу перебежать!

Поскольку я никак не отреагировала, тетка продолжила:

- Никакого уважения к старшим! Вот в наше время…

Какое-то время она вспоминала свое время, и выходило, что с тех пор мир укатился в тар-тарары, и непонятно, как человечество вообще существует. Кое-кто уже подавал реплики, напряжение в трамвае ощутимо возросло. Но тетке явно не хватало меня – ну выбрала она меня жертвой в это утро, ничего не поделаешь!

- Вот будешь старая, милая моя, чтоб тебе твои дети так дорогу перебегали! – с азартом заявила она, глядя на меня в упор.

Тут уж я не выдержала.

- Детей-то зачем трогать? – возмутилась я.

- Ага!!!! – с воодушевлением вскричала тетка и выдала мою развернутую характеристику с анализом родословной – как прошлой, так и будущей.

Я выскочила из трамвая, как из преисподней – вся мокрая, возмущенная и обиженная. Ну вот за что она меня так? Что я ей сделала? Ведь слова же не сказала! Пока она про детей не начала… Бывают же такие омерзительные тетки. Дома ей, что ли, поругаться не с кем???

На работу я влетела за 5 минут позже, чем надо. И, разумеется, тут же попалась на глаза начальнице. Еще минут пять она своим тихим шелестящим голосом распекала меня. Я стояла как загипнотизированная под немигающим взглядом ее стальных глаз и погружалась в пучину вины. В торговый зал (я продавец-консультант в отделе женской одежды) я вышла на ватных ногах, как будто уже целый день отстояла.

Покупательницы бывают разные, но сегодня мое «сказочное везение» привлекало очень неприятных особ. Нет ничего хуже, когда тебя битый час гоняют туда-сюда, перемерят кучу одежды, ничего не купят, да еще и пренебрежительно выскажутся по поводу ассортимента, цен и качества обслуживания. Вот такие сегодня и шли…

К вечеру я была выжата, как лимон.

- Ты чего, подруга? – сочувственно спросила Алька из обувного отдела. – Заболела, что ль?

Алька была, как обычно, свежей, цветущей и энергичной.

- Ага, наверное, — вяло отозвалась я. – День какой-то…дурацкий.

- Шейпинг, бассейн, длительные прогулки, стрррастная любовь, всех кровопивцев – с хвоста, – и ничего близко к сердцу не принимать! – мгновенно выдала рекомендации Алька.

- Хорошо тебе говорить. Ты одна, сама себе хозяйка, — попыталась отбиться я. – Времени до хрена… А у меня муж, сын, то, се… на себя сил не остается.

- Ничего подобного, — тут же возразила она. – Просто я люблю себя, а ты нет.

- Я себя люблю, – уныло пробормотала я. – Чего это ты???

- Какая же это любовь, если у тебя для себя ни сил, ни времени нет? – задушевно ответила Алька, поправляя перед зеркалом макияж. – Ты того… подумай, пока не поздно! А то выглядишь, как вяленький цветочек… Отношение к жизни надо менять, подруга!

На обратном пути в магазине из последних сил поругалась с продавщицей, которая не хотела заменять пару дефектных (на мой взгляд) яблок. Это отняло у меня остатки энергии. Плетясь домой, я размышляла над Алькиными словами. Оно конечно, так долго не протянешь. Хорошо еще, не каждый день такой «насыщенный» бывает… Только вот почему он «насыщает» кого угодно, но не меня??? Я-то себя чувствовала, как будто меня выпили до дна… Хорошо еще, что Вадика по вечерам папа забирает. А то бы вообще…

Дома я бы с удовольствием рухнула на диван и выпала из реальности. Но ничего подобного я себе позволить не могла: предстоял обычный вечер работающей домохозяйки: ужин, стирка, уборка, приготовления на завтра.

Тут позвонила моя приятельница Олечка и битый час рассказывала мне о своем очередном романе, который, кажется, бесславно завершился, в чем была немалая заслуга самой Олечки. Но по ее рассказу выходило, что она вся белая и пушистая, а он – сволочь и мерзавец.

- Оль, я устала, давай потом, а? — попыталась остановить ее нытье я.

- Ну ты что? – безмерно удивилась Олечка. – Мне сейчас как никогда нужны участие и поддержка, я на грани самоубийства! Ты уж слушай!

И снова завела вою бодягу. Я отключила мозги, насколько возможно, и отделывалась междометиями. Олечке, собственно, собеседник не нужен: она слышит только себя. Поток самосознания!

После Ольги я сама была на грани самоубийства. Хотелось завыть на луну. Как голодному вампиру. Или это оборотни воют?

Наверное, эта мысль очень запала мне в душу, и поэтому, когда мой любимый муж спросил, куда подевались его тапочки, я взвыла. Сквозь вой я успевала высказывать все претензии к жизни, которые накопились. Наверное, это было страшно – судя по испуганным глазам мужа и сына. Но остановиться я уже не могла. Шлюзы открылись, и потоком хлынуло все, что я так тщательно давила в себе. В этом ассенизационном вихре крутились и уплывали трамвайная тетка, и вредные покупательницы, и продавщица-халда, и начальница-змея, и все, кто отнимал у меня жизненные силы.

А потом мне было очень стыдно. В доме – тишина, муж – у компьютера, сын – в детской, а я – в гордом одиночестве. Но, как ни странно, я чувствовала себя намного лучше, чем до этого «Большого Взрыва». Словно он придал мне силы. Но то, что при этом я обидела своих самых близких людей, меня угнетало.

Я сидела и страдала, когда ко мне тихонько подошел Вадик.

- Мам, а я теперь знаю, кто такие вампиры, — сказал он. – Хочешь, расскажу?

- Хочу, зайка, — благодарно отозвалась я, глядя в ясные Вадькины глаза. Хорошо, что дети не умеют долго сердиться и обижаться…

- Они живут среди нас и пьют нашу энергию. Сначала как бы укусят – а если мы среагировали, сразу присасываются. Они так питаются! Чужой энергией.

- Это как? – оторопела я. Мой Вадька умеет озадачить, это да…

- Ну, вот если мне кто-то скажет: «Ты дурак!», а я оправдываться начну, то он все равно не поверит, что я умный, а я устану доказывать, да же? Тогда он меня выпил!

- А как надо? – страшно заинтересовалась я.

- А надо соглашаться! «Ну, я дурак, и что?». Тогда он сразу отстанет, а я дальше играть пойду. И не устану нисколечко!

- А ты разве по лбу ему не дашь? – подал голос муж от компьютера.

- Нет, — подумав ответил Вадик. – А то потом все равно мириться придется, опять энергию тратить. Лучше уж сразу не ссориться. Тогда никто никого не выпьет.

- Разумно, — прокомментировал муж. – Если нет жертвы, то вампиру тут делать нечего. Пойдет другую искать.

- Что я, дурак, жертвой быть? – вполне резонно заметил Вадик. – Пусть в другом месте поищет!

М-да… похоже, я привлекала всех вампиров в округе именно потому, что чувствовала себя жертвой. Они и слетались, как мухи на мед… Но Вадька-то, Вадька!

- Вадечка, а ты откуда это взял? – потрясенно спросила я.

- Додумался, — сообщил Вадик. – И воспитательницу еще спросил. Она у нас умная, потому что еще не забыла, как была ребенком, это она сама так говорит.

Ничего себе! Оказывается, все умные: мой сынуля шести лет от роду, и его воспитательница, одна я дура и ничего не знаю! И теряю силы, потому что чувствую себя всем должной и во всем виноватой. И все время всем доказываю, что я «не дурак».

- Знаете что? – спросила я. – По-моему, я дурак. Потому что на вас наорала. Хотя вы не виноваты.

- Да мы что? Мы ничего, — дипломатично ответил муж. – Мы ж понимаем: мама устала, маме надо подпитаться…

- Не хочу я больше так подпитываться. Я вам что, вампир, что ли? Хотя, конечно, получается, что вампир… Но я исправлюсь!

- А как ты исправляться будешь? – живо заинтересовался Вадик.

- Додумаюсь, — пообещала я. – Во! Шейпинг, бассейн, длительные прогулки, стрррастная любовь, всех кровопивцев – с хвоста, и ничего близко к сердцу не принимать!

- А как это «с хвоста»?

- А кто у нас «кровопивцы»? – одновременно спросили муж и сын.

- Так! Вы оба у меня проходите по категории «стрррррастная любовь», — сообщила я. – И предлагаю вам длительную прогулку – прямо сейчас. Ну и что, что вечер? Еще интереснее! На огни большого города посмотрим.

- Уррра! Гуляяяять! – завопил сынуля. Его энергии хватило бы на небольшую электростанцию, он ведь не позволял ее пить всяким там вампирам…

- Ого! Респект! – поднялся из-за компьютера муж. – А шейпинг и бассейн когда?

- Завтра, — решила я. – И впредь!

Затрезвонил телефон. Я сняла трубку.

- Ты представляешь, — взволнованно заговорила Олечка. – Он мне опять позвонил. А я…

- Оля, ты знаешь, как сбрасывают с хвоста? – решительно прервала ее я.

- Что? – опешила Ольга.

- Вот я тренируюсь как раз. Так что прости-извини – некогда мне! – сообщила я.

И рванула в прихожую, где меня ждали мои «стррррастно любимые» мужчины – те, с кем я готова была делиться своей энергией каждую минутку, просто так – от любви.

Автор: Эльфика